У правой от окна стены стояла тахта, на которой Рустэм проводил сеансы очищения энергетики. Она когда-то была куплена в индийском мебельном магазине и была единственным предметом мебели с этой стороны кабинета. Сама стена была украшена картиной с впечатляющим изображением женского лица в состоянии ужаса, нарисованным на холсте, а еще старинными фотографиями особняков и опустевших домов. Справа от тахты, со стороны ног, на подставке стоял жезл колдуна Вуду, обтянутый чёрной обезьяньей кожей, на верхнем конце которого красовался выкрашенный в черный цвет череп косули с причёской в виде дредов из её же хвостовых волос. Однажды, когда Рустэм увидел этот жезл в заграничном магическом салоне, он не пожалел денег, чтобы приобрести его, настолько тот выглядел впечатляюще, но уже тогда маг-экстрасенс знал, что жезл будет всего лишь предметом интерьера и никогда не будет использован по назначению. Всё потому, что Рустэм не занимался магией Вуду. Он, вообще, не занимался магией.

Вдоль левой от окна стены расположился стеллаж для книг. Причём, книги на нём выглядели демонстративно старыми и, если даже имели названия на переплётах, то обязательно мистического толка. Кроме того, на стеллаже находилось множество колб, ступок, бутылей с заспиртованными змеями и ящерицами, висели куклы-мотанки, стояли разнообразные свечи и фигурки филинов.

Стена напротив стола была декорирована как произведение искусства сама по себе. Она была отделана в виде каменной арки, увитой растениями, внутри которой с помощью зеркал и подсветки создавалась иллюзия подземного хода, выводящего к чему-то, напоминающему портал в другое измерение. Некоторые клиенты при входе в кабинет оказывались настолько впечатлены этой декорацией, что пытались просунуть туда руку, но натыкались на холодное, невидимое стекло. Это не снимало впечатления клиента, но тайно огорчало Рустэма, который в конце рабочего дня зажигал свет, гасил свечи и натирал стекло полиролью, чтобы не осталось ни малейшего отпечатка от пальцев.

Но сегодня ему не пришлось этим заниматься – стекло никто не трогал. Рустэм погасил последнюю свечу на своем столе, которая тоже была выполнена в виде чёрного филина. Он любил эксплуатировать образы филинов, хотя холодно относился не только к ним, но и, вообще, ко всем представителям животного мира. Он не искал лишних забот и не нуждался в попечительстве над слабыми. Он был сдержан, малоэмоционален (что не свойственно для его коллег) и расчетлив. Если он покупал дорогие вещи для своего кабинета, он понимал, что это необходимо для работы. Конечно, ему нравилась та обстановка, которую он создавал. Все вещицы в кабинете, были воплощением его страсти к коллекционированию, только вот непосредственно в самом коллекционировании Рустэм не видел смысла, если оно не было ради получения прибыли в дальнейшем или ради карьерного роста.

И, действительно, именно благодаря своему кабинету он, однажды, начал завоёвывать известность, как маг. Телевизионщикам иногда нужны яркие, харизматичные эксперты для всякого рода мистически-ориентированных передач и документальных фильмов. И еще лучше, если такой эксперт имеет уже декорированное место для съемки. Как-то, натолкнувшись на рекламу мага Рустэма, представители одного из мелких телеканалов предложили ему прокомментировать приближающийся языческий праздник. Он, конечно же, не отказался, так как мечтал и надеялся на сотрудничество с телевизионщиками. Журналистам очень понравился и сам Рустэм, и его кабинет. Съемка получилась эффектной, хотя и не дала заметного прироста клиентов самому экстрасенсу. Но он чувствовал, что это всего лишь первый шаг, начало его карьеры. Он почувствовал: "Вот оно – пришло!", его желание начало воплощаться. А значит скоро появится много клиентов и много денег. Так и оказалось. Он попал во внутренние списки журналистов как человек рекомендованный для работы. После этого, к нему стали обращаться другие каналы за его экспертным мнением. Приезжали снимать к нему в кабинет, позже начали приглашать на съемки в собственные студии и, в итоге, один из рейтинговых государственных каналов предложил ему участие в постоянном проекте. Это участие принесло ему популярность и очереди клиентов. Бизнес пошёл в гору.

Но Рустэм понимал, что однажды телевидению понадобятся новые лица, поэтому стремился как можно скорее реализовать свои мечты. Он работал без выходных, брал высокую цену за консультации и проведение обрядов и не понимал когда его упрекали за это. Что за чушь? Нельзя брать деньги за дар, данный Богом! А как же врачи, учителя, деятели искусств? Почему за их данный Богом дар не считается зазорным брать деньги? Для него это была работа. Такая же как и у всех. И не смотря на то, что в ней больше, чем в других родах деятельности, оставалось места для обмана, Рустэм всё же считал её работой нужной и полезной. Впрочем, для большинства его клиентов так оно и было, ведь даже обман можно использовать во благо.

Шарлатаном он себя не считал. Ведь не смотря на то, что ему приходилось просто изображать мага, чувствовал он себя, действительно, более развитым интуитивно и духовно. Он ощущал в себе способности, которых не было у других людей. Именно "не было", потому что их не было раньше. Но теперь такие люди стали появляться чаще и чаще. Общество менялось, трансформировалось и обретало новые возможности: видеть прошлое и частично будущее других людей, испытывать те же ощущения, что и другие, читать мысли, управлять своим телом и мозгом, контактировать с умершими и контактировать с другими разумными существами во Вселенной, астрально и ментально исследовать другие миры. Все люди равны от природы и каждому дано поровну, просто одному – чуть раньше, другому – чуть позже. Кроме того, научиться применять свои способности – дело не простое. И Рустэм, пользуясь тем, что оказался в божественной раздаче способностей одним из первых, торопился на этом сделать состояние. Пока ещё он может кого-то удивлять своей возможностью видеть чуть больше.

Рустэм считал, что он один из первых экстрасенсов нового поколения, людей новой эры. Он верил в это и не лукавил, когда говорил, что экстрасенс. Но так же он знал, что не маг и считал магию – чистой воды шарлатанством. Он был уверен – ни один человек не способен влиять на другого, кроме как физически. Иначе люди не были бы равны. Эта философия помогала Рустэму держаться золотой середины. Ведь в его ремесле была важна уверенность в своих силах, и, в то же время, важно было не утонуть в своих иллюзиях, оставаться трезвомыслящим и хладнокровным.

Рустэм раздвинул шторы и откинулся в кресле перед панорамным окном. Весь день было ясно, но теперь тучи стягивались над Киевом. Пейзаж с высоты 23-го этажа воспринимался расслабляюще. Маленькие машинки юрко крутились по площади. Начали проявляться рекламные вывески в уже меркнущем вечернем солнце. Рустэм достал бокал и плеснул себе грамм сто коньяка. Шоколадный аромат наполнил ноздри, а мягкое обжигающее тепло заполнило нутро. Нина уже, наверное, оделась и сейчас заглянет попрощаться. Экстрасенс задумался о женщине, волей случая, которую записал на завтра. То, что она рассказала по телефону, звучало тревожно и пугающе. Она говорила достаточно внятно для сумасшедшей, но рассказанное не воспринималось как реальность. Рустэму стало с одной стороны интересно, потому что в своей многолетней практике ни один настолько паранормальный случай не подтверждался, с другой стороны Рустэм почувствовал интуитивно, что от этой женщины можно ждать чего-то существенного. Финансово, конечно. Возможно, она внесёт существенный вклад в реализацию его замыслов. "Осталось-то 15 тысяч…" – думал Рустэм о своей будущей квартире, на которую копил последний год и в которой они смогут жить вместе с повзрослевшим сыном. Через два месяца застройщик сдаёт дом и нужно доплатить оставшуюся по договору рассрочки часть стоимости квартиры.