Однажды Ане срочно потребовалась общая тетрадь. Все ее уже кончились, но она вспомнила, что мама покупала целую кипу специально для Саши и решила и

одолжить. Зайдя в бывшую гостевую комнату пока ее хозяйка была в ванной,

залезла в стол. Ее внимание тут же привлекла толстая тетрадь со слегка потрепанной цветной обложкой, лежащая сверху. Аня, не задумываясь о хороших манерах, вытащила ее и принялась листать. Глаза девочки расширились от ужаса, когда она стала пробегать глазами написанное и нарисованное. Она была в шоке от увиденного.

'Да она же сумасшедшая!' - взорвалась в голове Ани мысль.

– Что ты тут делаешь?
– раздался ледяной голос у нее за спиной.

– Нет! Это ты что здесь делаешь?
– Аня быстро повернулась и помахала

тетрадью в воздухе, - Ты, чертова психопатка.

Саша побледнела, но уже через секунду взяла себя в руки.

– Что ты хочешь?
– тихо спросила она.

– Я хочу показать это маме, чтобы она вышвырнула тебя к черту из нашего дома. Пусть упекут в психушку, где тебе самое место.

– Чего ты хочешь?
– вновь повторила свой вопрос Саша.

Аня, наконец, поняла смысл ее слов. Она успокоилась и перестала кричать.

– Я хочу вернуть свое положение. Чтобы ты перестала быть популярной и

вернула мне мое место.

– Легко. Мне это не нужно, - с ленцой в голосе протянула Саша, - Ведь это ты заставила меня стать такой, а теперь жалуешься.

– Ты вообще станешь никем. Чтобы я больше не видела и не слышала тебя.

– Ты получишь то, что хочешь, но сначала вернешь тетрадь, - Саша

протянула руку.

– Где гарантии, что, забрав тетрадь, ты меня не обманешь!

– Я не гарантийный салон, а это не офис страховой компании. Либо ты веришь мне на слово, либо нет.

– Хорошо, - Аня немного поколебалась, но потом все-таки отдала тетрадь, - Но если ты не сделаешь то, что пообещала, все тут же узнают, кто ты есть на самом деле.

Аня решив, что последнее слово осталось за ней, удалилась с гордо поднятой головой.

'Черт! Черт! Черт!
– Саша ходила по комнате как неприкаянная, - Что же теперь делать?! Так глупо попасться. И вообще, какого черта она копалась в моих вещах! Откуда я могла знать, что она полезет ко мне в стол'.

Саша устало вздохнула. Сев на стул, она положила голову на руки.

'Что же теперь из-за этого, исчезать со всех радаров. Хотя, я уверена, она на этом не успокоиться, и будет продолжать меня шантажировать, пока не сживет со свету. Сначала она захочет, чтобы я ушла из хит-парада 'популярные люди нашей школы', затем она захочет, чтобы я ушла из этого дома, из ее жизни'.

Саша уже привыкла к тем ощущениям внутри и легким покалываниям кожи, которые появлялись, когда приходил Он.

– Ты права, - еле слышно сказал Он, появившись слева от нее.

– В чем?
– равнодушно спросила Саша.

Ей совсем не улыбалось откровенничать неизвестно с кем. Хотя тут вернее сказать с чем.

– Ты знаешь, о чем я. Она залезла туда, куда лезть не следовало. Ты должна проучить ее за это.

– Проучить?! Как? Что я могу с ней сделать? Тем более теперь.

– Накажи ее, - гнул свое Он.

– Если ты не понимаешь, что я тебе говорю. Или если тот, кто создал тебя, не наделил свое творение ушами, читай по губам: 'Я ничего не смогу с ней сделать'. Или мне взять ремень и отшлепать ее!

– Твой сарказм здесь не уместен. Есть масса способов проучить девчонку.

– Если я ей что-нибудь сделаю, то она тут же пойдет и расскажет матери про тетрадь.

– Тем более нужно наказать ее. Навсегда.

Саша очень медленно постигала истинный смысл фразы.

– Нет! Нет!
– закричала она, - Я не могу это сделать. Если ты такой крутой, то иди и сам ее накажи. Покажи мне мастер-класс. Напугай ее до смерти.

– Нет, это должна сделать ты.

– Я никому ничего не должна, - грубо оборвала его Саша.

– Ошибаешься. Ты задолжала очень многим.

– Нет больше людей, которым я должна.

– Я не говорил про людей.

И тут Саше стало по-настоящему страшно. Она поняла, что это не дух Хэллоуина, а нечто поопаснее.

– Чт-т-то ты от меня хочешь?
– заикаясь, тихо спросила Саша.

– Убей Анну.

– Зачем? Она ничего такого не сделала.

– Она узнала тайну. Убей ее. Так нужно.

– Я не смогу, - голос Саши дрогнул, и в глазах появились слезы, - Я не смогу никого убить. Ни Анну, ни кого-либо другого.