Путь. Стихи
вернуться

Моспан Виктор
Шрифт:

О жизни

Спасибо жизни!Мне она далаИ дружбу, и любовь —Как два крыла,Они меня несли по белу свету.А после всё, что возвела, смела:Любовь убила, друга отняла,В пустыню превратив мою планету.И я теперь один во всей вселенной,Зато уже не корчу мудреца,А думаю легко о жизни бренной,Как сирый нищий, спущенный с крыльца.Пускай меня любовью да изменойАктерка-жизнь пытает без конца,Спокойно я слежу за Мельпоменой,Чтоб душу разглядеть в игре лица.

«Ещё капели канитель…»

Ещё капели канитель,Ещё грачи не прилетели —Осталось несколько недель,Но это трудные недели.А там нагрянут чудесаВ награду за упрямство верыВ сияющие небесаИ воскресающие скверы.Печаль развеется, как дым.И перед взором изумлённымВесь мир предстанет голубымИ торжествующе зелёным.

«Я вспомню забытое что-то…»

Я вспомню забытое что-тоИ в мыслях пройдусь по годам,Но в прошлом зияют пустоты,Как будто и не был я там,Как будто я прожил неделю,С натяжкою – две кое-как…А прочее скрыто метелью,Царящей в мирах и века.

Московский воробей

Зимой в столице туго,В края бы потеплей,Но знать не хочет югаМосковский воробей.Зима пришла?Но стужеДавно царить пора.Случалось много хуже,А он был сыт вчера.И так ли страшен голод,Когда кругом свои —Чуть зазевался голубь —Пируют воробьи.В метель и в день погожийНе ведает скорбейВзъерошенный, продрогшийМосковский воробей.Живёт – и горя мало.Живёт – по мере сил.Ни кошка не поймала,Ни голод не сгубил.

Похмелье

В моей квартире, словно в склепе.Здесь только тело без души.Ты видишь, болен я, Асклепий,Лекарство, что ли, пропишиНа спирте, древнее, простоеИз тех, что жгут, как зной в аду.Быть может, в горестном настоеЯ утешение найду.…Явилась тень – и Эскулапу(А то был он, добра адепт)Пришлось привычно сунуть в лапу —Иначе не достать рецепт.Я по латыни знаю малость,Чтоб сигнатуры разбирать,И по складам прочёл – о жалость! —С2Н5ОН.Опять.

Власть былого

Не просто наша близость начиналась:Казалось, все случалось на веку,Но жизнь столкнула женскую усталостьИ злую холостяцкую тоску.Из них не просто высечь искру счастья,Залог неугасимого огня.И надо было перевоплощаться —Не внове для тебя и для меня.Мы так с тобой талантливо играли!И вскоре доигрались до того,Что стали забывать свои печали,И лишним оказалось мастерство.Мы поняли, что прошлое – пустое,Ведь прежний опыт мы копили врозь.Его забыть – вот самое простое…И только это нам не удалось.

«Дожди идут…»

Дожди идут,И я иду неспешно,Возможно, вечность, может, полчаса.Но час пробьёт – и мы уйдём, конечно,В могилу, а потом на небеса.Но там тоскливо в ясную погоду:Под солнцем жарко, тени не найдёшь.И буду я блуждать по небосводу,Пока не встречу теплый майский дождь.И с ним в обнимку,Словно два матроса,Подвыпивших, беспечных,Мы сойдёмНа эту землю,Где легко и просто,Где так любил я мокнуть под дождём.

Ненастье

Г. К.

На улице серо и сыро,А в комнатах мрак и хандра.Вина бы сухого и сыра,Да что-то не пьётся с утра.Становятся пьянки обрядом(А радость дарили в былом), —И надо, чтоб кто-нибудь рядомС тобою сидел за столом.Увидеться можно бы с другом(Недолго собраться к нему),Но жертвовать чьим-то досугом,Чтоб только не быть одному…Увольте! Уж лучше химера:Два мрака глядятся в окно —На улице сыро и серо,В душе и квартире темно.

Элегия

Клубились кучевые облакаНад прудом, обрамленным тополямиС листвою, опаленною слегкаСлучайными пока что холодами.В смятении была моя душа,А тут ещё – пустое наблюденье,Что лист, уже не первый, мельтеша,Свершает неизбежное паденье.Спланировал на пруд —И зарябила гладь.Вода заволновалась, вспоминая,Как стужа зимняя мешала ей дышать,Как тяжела неволя ледяная.Лишь ворон был спокоен, как пророк,Сидел на неподвижной каруселиИ нехотя вещал о том, что прок,Возможно, есть в движении без цели.