И-эх!

Встал на ноги, огляделся, потянулся. Никого не видно. На горизонте ни одной лодки.

– Спиннинг рулит!

Александр громко выдохнул и подсек очередную мраморную хищницу. Щука брала всё. Всё, что не предлагали ей рыбаки. Было много мелкой, до килограмма, которая тут же выпускалась в воду с напутствием привести маму или бабушку. Рыбалка была супер, хотя уже стала напоминать пахоту, работу по извлечению рыбы из воды, посредством карбонового хлыста с катушкой.

– Оп-па! Хорошая попалась! Очень хорошая! Вовка, давай подсак! Тяжело идет!

Спиннинг согнулся в дугу, нитка натянулась и зазвенела, из воды показался спинной плавник, а потом огромная зубастая морда.

– Трофей! Помогу! Держи, не давай слабины!

Егерь схватил подсак и кинулся к борту, но щука стравила с катушки десяток метров плетенки, заставив громко затрещать фрикцион, ушла от лодки. Попытка Александра остановить её стремительное удаление от лодки, затягивая тормоз, не увенчалась успехом.

– Оборвёт!

Заорал Владимир.

– Не затягивай, не затягивай, отпусти, пусть утомится, подержи на расстоянии, поводи!

Дай я! Сорвется!

– Щяз!
– повернулся к нему Александр: -Сам лови, директор, блин! Дай ему!

Щука стала уставать, и всё ближе и ближе Сашка подтягивал её к лодке. Она еще делала рывки и свечки, но тройник блесны сидел глубоко и твердо, нитка с поводком крепко держали и не давали уйти. Ещё не много и рыбина сдалась. Егерь принял её в подсак и закинул в лодку.

– Вот монстр! Хороша!

Мужики радовались трофею, а щука устало открывая рот, хватала воздух и теряла сознание.

– Чемпион! Самая большая у тебя сегодня! Килограмм на девять потянет!

– Нет, кил на восемь не более. Но здорова!
– Егерь был тоже доволен. Он всегда трепетно относился к трофеям своих туристов. Было среди егерей негласное соревнование по размеру и весу добытой приезжающими спиннингистами, рыбы.

Солнце стояло высоко и Владимир, посмотрев на часы, произнес:

– А не пора ли нам к нашему подводнику? Щуки мы набили изрядно, а как у него?

– Сколько прошло? Приедем рано, опять орать про дискриминацию начнет!

– Да уж вся ко больше двух часов! Погнали посмотрим.

– Ну погнали.

Собрали спиннинги, уселись, и моторка медленно тронулась к островкам.

Стенка камыша резко закончилась , узкий проход между колками, с песчаным дном и редкой травкой поразил своим неожиданным появлением. И так же, неожиданно, прямо на меня вышла стайка сазанов. Приличных. Самый большой, на быстрый взгляд, тянул килограмм десять - двенадцать. К внезапному выстрелу я был не готов, так что рыбы, заметив меня, ловко развернулись и направились совершенно в другую сторону. Но мой мозг успел отдать приказ пальцу и палец, все таки, нажал на курок. Гарпун догнал уходящий бок дикого карпа и пробив чешую застрял в нем. Я видел, что стрела не пробила рыбину насквозь, линь разматывался и уходил в протоку за не маленьким хвостом. Понимая, что могу потерять столь желанный приз, я двинулся вслед на ластах, не давая линю натянуться. Сазан мощно уходил по протоке, направляясь к густым камышам с другой стороны острова. Прибавив скорости, яростно работая ластами, я догнал рыбу, схватил её и протолкнул гарпун вперед, лепесток раскрылся и в этот момент мой трофей словно взбесился. Извернувшись он вырвался из моих рук , подняв муть со дна и травы, выбрав три метра линя пошел по длинной дуге, дергая и пытаясь вырваться.

И тут! Линь, вдруг быстро натянулся, а потом обвис и упал на дно!

– Сошел! Сорвался! Вырвал кусок мяса и ушел!

Мысли пронеслись в голове и досада стала наполнять весь мой организм отчаянием.

И вдруг, из непроглядной мути, прямо перед маской, откуда ни возьмись, появилась огромная сазанья морда, и с огромной силой ударила по стеклу! Силиконовый обтюратор маски, превратившись в твердый металл, очень больно врезался в кожу! Я перевернулся в воде от удара и, наверное, получил не сильный, но чувствительный нокдаун. Встав на ноги, встряхнул головой : --Не слабо!.

Но после этого отчаянного удара, потерявший силы сазан, практически сразу же сдулся, и только заваливаясь на бок, медленно пытался спрятаться в облаке мути. Догнав его, видно он тоже потерял волю и ориентацию после своего последнего рывка, уже не спеша пересадил на кукан.

– Ух ты! Здоровущий боец!

Удачная охота отняла у меня много сил и я решил отдохнуть, просто полежать на воде, полюбоваться на красоты подводных рощиц и лугов. На кукане, крепко притороченном на спине, плотно, образуя юбку из хвостов, сидели три сазана весом от пяти до двенадцати килограмм и семь карасей, тоже не слабых, килограмма под три. Я расслабился, и лениво шевеля ластами плыл и рассматривал окрестные пейзажи. Маленькие рыбешки, с любопытством всех малышей, сновали рядом. Солнце, отталкиваясь от серебристой чешуи, играя вспыхивающими зайчиками в прозрачной воде, прибавляло радости и привлекательности водной действительности. Вот не большая щучка затаилась за стеблями травы, выжидала добычу, еле шевеля прозрачными плавниками. Там, в стороне, в крохотной ложбинке, застыли полосатые окуни, опекая стайку красноперки. Красноперка, зависнув вниз головой, дремала или жевала травинки в дебрях водорослей и камыша.

Красота!

– А сколько же времени прошло?- засвербила опаской тревожная мысль.

– Не пора ли нам пора?- но ребят не было.

Поднялся, оглянулся. Горизонт был пуст. Как то, стало неуютно. И где же доблестные рыболовы?

Ладно, приедут, и я пошел вправо, вдоль стенки, исследуя затишки и полянки.

Огромная щука, вся в иле и водорослях, грациозно взмахнув хвостом, ушла от меня подальше. Большая, старая, мудрая. А я ее и не заметил. Гоняться за ней не стал, хороший трофей, но пусть живет, мне хватит.