– Капитан Андерсон, лейтенант Шепард, вольно, - Призрак привычно сидел в кресле, курил сигару, но вот одет он был по другому...

Вместо дорогущего костюма на нем был черный мундир, такого же фасона, как и на мне... хотя нет, золота на его форме было куда больше. Хм, интересно, а с чего это Андерсон тянется по струнке перед Харпером, да еще и генералом его обзывает? Канон, где ты? Я так по тебе скучаю!

– Операция по уничтожению логова пиратов проходит успешно, - начал было Андерсон, но Призрак остановил его доклад жестом руки.

– Я уже в курсе, могу Вас поздравить. Зачистка почти закончена, пираты уничтожены, немногие выжившие рассеяны по космосу. Осуществить подобный блицкриг они смогут нескоро, а если всё пойдет как надо, то не смогут уже никогда, - ответил Харпер, после чего затянулся.
– Шепард.

– Генерал?
– я вновь вытянулся по струнке. Да чего это со мной? Впрочем, если он мое начальство, лучше действительно проявить уважение.

– Шепард, ваши действия выше всяких похвал. Признаться, я не ожидал, что вы сумеете справиться с заданием так хорошо и выжить в процессе. Вы сумели сковать действия пиратов на Элизиуме, помешали им переправить "трофеи" на их транспорты, нарушили их коммуникации и нанесли максимально возможный, в условиях катастрофической нехватки сил, ущерб противнику. Я думал мне придется выдать вам медаль посмертно, но, я крайне рад тому, что обошлось без этого, - интересно. Значит он по сути, послал меня на смерть на Элизиуме... впрочем, судить его я пока не буду, надо понимать, что в военном деле на жертвы идти надо, иначе победы не добиться.

Судя по кратким обрывкам памяти оригинала, на Элизиуме, на момент нападения пиратов, как раз проходила годовая ротация гарнизона, и планета оказалась почти без защиты, так как транспорт с новым гарнизоном задерживался по техническим причинам. Теперь, к тому же имея некоторые знания насчет Призрака, я понимаю что, скорее всего, небольшие отряды гарнизона Шепарда, оставшиеся на планете, были сыром в мышеловке для пиратов и работорговцев. Им наверняка слили информацию о том, что Элизиум беззащитен, чтобы получить казус белли на военную операцию в системах Терминуса и войны против Батарианской Гегемонии. Если насчет второго я не уверен, то насчет первого к гадалке не ходи.

Вот Шепард и крутился как белка в колесе, пытаясь выжить и выполнить свой долг с минимальными наличными силами. Ведь кроме его гарнизона были разве что местные силы планетарной обороны, но так как Элизиум колония довольно молодая, то и силы эти были не слишком хорошо экипированы, подготовлены и их тоже было мало. Да и то, что Элизиум был торговым миром по сути, не позволяло там создать значительное военное присутствие, это бы нервировало покупателей и продавцов.

– Потому, вас предоставят к награде, и Вы будете повышены до Оберлейтенанта, - слово резко резануло слух, - Если Вы продолжите в том же духе, то далеко пойдете, Оберлейтенант.

– Служу Германской Империи, - привычно(!) ответил я, вытянувшись по струнке.

– И?
– протянул Харпер.

– И человечеству, - не менее привычно добавил я.

– Постарайтесь не допускать таких оговорок, - мягко заметил Харпер.
– Вы служите в "Цербере". "Цербер" защищает все человечество, каждую ее часть: Германскую, Российскую, Британскую Империи, Соединенные Штаты и другие страны. Мы стоим над человечеством, чтобы защитить его. Мы принадлежим Земному Блоку. Потому, постарайтесь не так афишировать свою... верность одной из стран. Это помешает вам на пути продвижения по службе. Свободны, Шепард. Удачной увольнительной.

– Так точно, Генерал!
– козырнув я вышел из помещения...

Глава 1, Первый Контакт, взгляд с другой стороны.

– Проклятье, да откуда они все повылезали?!
– яростно воскликнул капитан Варгус, ударив кулаком по панели.

Это было неслыханно, турианская армия и флот обладали самыми большими силами в галактике, у них было сорок одних только дредноутов, у них были сотни крейсеров, тысячи эсминцев, миллионы молодых и старых турианцев служили в вооруженных силах. Турианцы стерегли пространство Цитадели от угроз, которыми в разное время становились многие расы, они сломили кроганов, они охраняли пространство Совета от амбиций Батарианской Гегемонии. Армия и флот Турианской Иерархии славились своей дисциплиной, выдержкой и профессионализмом... и тут такое. Первый контакт - вооруженное столкновение с новой расой, потеря флота, крупной армейской группировки и вот, уже одна из турианских колоний находится в осаде!

Неведомый доселе враг притащил в систему одних дредноутов десять штук! И это не говоря о десятках крейсеров находящихся в системе и около пяти этих жутких авиаматок, выпускающих из своей утробы сотни летательных аппаратов! И флот, отважный турианский флот, от одного упоминания которого дрожали поджилки даже у самых отъявленных отморозков среди пиратов, сейчас терял кислород из многочисленных пробоин, горел и взрывался от попаданий из масс-ускорителей вражеского флота и от сотен торпед, выпущенных с эсминцев и малых аппаратов.

Десятки сторожевых платформ, дом и место службы многих сотен турианцев, с орудиями способными уничтожить почти любого противника, превратились в шлак от попадания термоядерных боеголовок. Враг оказался таким же беспринципным, как и кроганы - он был готов уничтожить на своем пути всё, используя даже самое запретное в пространстве Цитадели оружие.

И сейчас, путь к отступлению был отрезан. Под командованием Варгуса осталась последняя боеспособная группировка турианского флота, все что осталось от мощного флота вторжения и оборонительного флота планеты Эйсенос: шесть крейсеров разной степени потрепанности, его тяжелый крейсер и три фрегата. Враг отвлекся от увлекательного дела добивания выживших и пустился в преследование и теперь флотилия Варгуса была в радиусе действия орудий вражеских кораблей и он был вынужден либо принять бой, либо пытаться уйти под огнем... но, было ясно, что при любом развитии событий, им не уйти, потому Варгус принял промежуточное решение. Он собирался дать своей флотилии те самые секунды, необходимые им для бегства, пока он прикроет их отступление и вызовет удар на себя. Турианский флот бежит... капитан тяжелого крейсера с тоской вспомнил как все начиналось.