– Айе, - сказала Тихая, - в стишках, что мама поет дитю перед сном.

– Смысл не в самих словах, - сказал Доу. – Важнее выбор, который делает тело.

– Семь достоинств, да?

Еще больше шепота, больше взглядов в сторону Сильвер. Никто не хотел говорить. Может, она уже рассказала им, что стоит объяснять мне, а что нужно хранить в секрете.

– Сильвер, - вмешалась я, - что случится, если я попробую Зов до того, как покажу эти достоинства? До того, как меня научат?

Молчание. Сильвер сказала:

– Будет так же, как если бы младенцу дали нож.

– Хуже, - сказала Тихая. – Ты можешь навредить не только себе, но и тем, кто с тобой.

– Когда я позвала камнемона, никакого вреда не было.

– Тебе повезло, - строго сказала Сильвер. – Не вздумай повторить. Ты не представляешь всей опасности. Лучше бы, чтобы тебя уничтожили вместе с твоей семьей, чем дать тебе использовать этот дар сейчас.

Это меня заткнуло. Груз потерь – давних, новых – опустился на меня, укутав печалью.

Через какое-то время Тихая прошептала:

– Не расстраивайся, девочка. Ты уже в пути, у тебя хорошее сердце. И, насколько мы слышали, если бы ты в тот день не использовала дар, призвав камнемона, ты бы с нами тут не сидела, - Сильвер хотела перебить, но Тихая вскинула голову с упрямым взглядом. – Ты найдешь правильный путь, не сомневайся, - она уставилась на Сильвер, та смотрела в ответ с нескрываемым недовольством.

Я не хотела быть причиной раздора в их компании. Связи дружбы были редкими.

– Надеюсь, это будет уже скоро, - тихо сказала я. – Там, куда мы идем, я буду куда полезнее, если хотя бы начну обучение Зовущей.

Стояла странная тишина, словно я сказала что-то страшное.

– Что? Что такое?

Сильвер кашлянула.

– Ты сказала «куда мы идем», - в ее голосе не было враждебности. Она звучала даже виновато. – Дальше мы с тобой идти не можем.

– Но… - я запнулась, вспомнив долгие холодные ночи, одинокий путь. – Я думала… - я много раз просила добрый народец не ходить за мной, чтобы не привести их к опасности. Теперь я слишком сильно хотела их общества.

– Мы не можем идти с тобой, - сказала Тихая. – Никто из нас, – она обвела рукой круг существ, - не может пройти место, что ты зовешь Одиноким озером. Это на границе нашего Поста.

– Поста?

– Айе, - сказала Тихая. – Недалеко от Одинокого озера Северный пост. Мы не можем пойти туда, это запрещено Старыми законами.

Наверное, я выглядела тупо, потому что сразу несколько голосов стало объяснять одновременно. Сильвер подняла руку, заглушив их.

– Законы Стражей, Нерин, - сказала она, по ее тону было понятно, что это было очень важно. – Они поделили землю Олбана на четыре Поста. Когда Стражи были среди нас, в старые дни, каждый обитал в своем Посте, и те, кто жил там, искали у Стражей мудрости и защиты, решения споров. А теперь Великих нет, но мы соблюдаем их законы. Мы не можем пересечь границу своего Поста, это запрещено.

– Расскажите, куда они ушли, - сказала я, едва мирясь с тем, что завтра я снова буду идти одна. – Великие.

– Это твой король Кельдек прогнал их, - сказала Тихая. – Стражи пришли на эту землю давным-давно. Они правили нашим видом от духов до броллаханов, до морских чудищ, и правили они, в основном, мудро. А потом в Олбане появились люди. Они не всегда были жестокими. Но могли вести себя бездумно. Были хорошие времена и темные. Но этот король Кельдек – темнейшее из всех времен. Он пришел с холодным железом и прогнал магию, он сжал в кулак сердце старой земли, - они судорожно вздохнули. – Стражи ушли глубоко, - сказала Тихая, - а народец поменьше, как мы, начал блуждать. Но некоторые старые приказы остались. Последний из Старых законов остался, и это правила Постов. Мы живем в пределах своего Поста, храним его границы, привязаны к его сердцу и духу. Мы храним знания.

– Ясно. Я за границей есть добрый народец? Который знает вас?

– Может, там есть те, кто поможет тебе, - сказал Доу. – Но мы не уверены. И мы не можем послать им весть, чтобы попросить их о помощи.

– Но вы ведь можете летать, да? Или послать птицу, что будет вашими глазами? Не могли бы вы…

– Нельзя перелететь или использовать магию за границей, - сказала Тихая. – Закон есть закон. Он такой же, как был в старину, в давних песнях. Когда ты во тьме, тебе нужна лампа. И закон – наша лампа.

– Понимаю, - сказала я, сердце было тяжелым. Я уже ходила одна. Почему теперь это казалось тяжелым делом? – Я смогу. Но я все еще слаба после болезни. И, может… Тихая, может, вы дадите мне с собой немного своего настоя? Я буду использовать его с умом. Так у меня будет надежда, что я дойду, - я все еще не могла произнести название Тенепада.

Тихая покачала головой.

– Нет, девочка. Я не могу. Это мощный и эффективный настой, айе. Чем больше у тебя есть, тем больше будет хотеться. Я уже дала тебе три чашки, а ты хочешь еще, потому что настой дает редкое чувство здоровья, чувство, что ты можешь забраться на гору. Из-за такого желания можно и погибнуть. Тебе лучше идти без такой помощи, ведь это уже будет не благо, а отрава.