Лилит разглядывала отражение вампира. Она постоянно думала о его методе охоты. Ей захотелось хоть как-то побыть свободной, как он был тогда, при нем и безнаказанно. В голове постоянно что-то вертелось, но ничего оправдательного не приходило. Она так и просидела полдня, пока Левиафан не уехал питаться.

Девушка осталась одна сидеть у зеркала. Ей очень нравилось то отражение, которое смотрело на нее. Она построила себе рожи еще где-то с полчаса и пошла на кухню.

Внезапно ей захотелось что-то приготовить, почувствовать себя хозяйкой в доме. Сделать что-нибудь необычнее и вкусное, то есть залезть в холодильник, посмотреть на продукты и что-то соорудить из них.

Лилит включила музыку и взялась выбирать продукты из холодильника. В морозилке она нашла большой кусок мяса и принялась его размораживать в горячей воде, постоянно обжигая себе руки. Вообще она была не очень сильна в приготовлении пищи, а с мастерством Левиафана рядом даже не стояла, но уж очень ей хотелось произвести на него хоть какое-то хорошее впечатление.

Через полтора часа на кухне все словно ожило, и Лилит не успевала следить за всеми живыми.

Из-за музыки она не услышала, как Левиафан подкрался к двери, остановился и не смог сдержать улыбку. Сковородка на плите сильно зашипела и девушка, бросив на стол сыр, подбежала и резко схватила ее за ручку, выплеснув масло на комфортку. По всей кухне разлетелся вонючий темно серый дым. Лилит хотела стереть масло, но плита была слишком расклеена и обжигала пальцы.

Она материлась, как сапожник, бегая со сковородкой к окнам, а вампир наблюдал и смеялся. Его даже не было видно в этом дыму. Лилит кашляла и размахивала перед собой свободной рукой, так и не выпуская из второй руки сковородку. Ей резало глаза и раздирало горло, но дым совсем не хотел уходить в окна, зато она начала подмерзать, стоя около открытых окон. Наконец, сердце Левиафана не выдержало, он подошел и включил огромную вытяжку, которая находилась посреди кухни под потолком, и дым чуть ли не мгновенно исчез.

Лилит открыв рот, стояла со сковородкой и смотрела на него, как зомби – она даже не догадывалась, что можно включить такую штуку и все было бы нормально. Девушка прищурила глаза и прожигала взглядом смеющегося вампира.

– Нет, милая, никогда больше не приходи на кухню, разве что только за чаем! Это место не для тебя, я сам все сделаю, как и раньше! – еле смог выговорить Левиафан, подавляя смешки.

Лилит вся покрылась красными пятнами от злости и от подколов вампира. И через секунду под потолком пролетела сковородка, нацеленная на хохочущего вампира. Левиафан успел увернуться от посудины, но вот от горячего масла и вылетевшего оттуда обгорелого куска мяса, не успел. Он вскрикнул так, что Лилит вздрогнула и словно вернулась в реальность.

– Я убью тебя! – крикнул он гневно и двинулся ей на встречу.

Но Лилит гордо вскинула голову, стоя у окна и озлобленно смотрела на него.

– Ага, сейчас! – четко и ясно ответила она, давая понять, что она никого и ничего не боится. – Не стоило надо мной смеяться! Я хотела сделать приятное, а ты пришел и высмеял меня! Еще и смеешь мне угрожать? Ты совсем обнаглел?

Левиафан остановился и, нахмурившись, очень изумился. Слова такого рода, мягко говоря, повергли его в шок.

– Прости? – ему показалось, что он ослышался. – Что ты там сказала? Обнаглел? Ты считаешь, что окатить меня кипяченым маслом, кинуть шмат мяса – это нормально, а я значит обнаглел? Милая моя, ты меня поражаешь! Иди-ка сюда!

Лили вытащила нож из подставки и подошла к нему, неотрывно смотря ему в глаза. Она была настолько уверена в своей правоте, что ни капли не боялась его, более того она злилась еще сильнее. Левиафан вообще недоумевал от такого поведения и от блестящего ножа в руке.

– Дай сюда нож! – он вытянул руку.

Лилит посмотрела на нее и приподняла одну бровь вверх.

– Я так на дуру похожа, да? – усмехаясь, спросила она.

– Нет, похожа ты на небесную красоту, а ведешь себя, как дура! – Левиафану уже было не смешно.

Он был зол из-за масла, теперь еще и нож. Он схватился за лезвие, Лилит резко дернула руку назад, и ладонь осталась порезанной в двух местах. И в этот момент лицо Левиафана перекосилось от гнева, давно он так не бесился. В одну секунду нож был вырван и отброшен в другую часть кухни, разбушевавшуюся девушку он схватил, заламывая распоясавшиеся руки.

Глаза словно провалились в глазницы, длинные клыки торчали изо рта. Он глубоко дышал, тогда как Лилит все равно пыталась вырваться, сквозь боль и гнев.

– Тебя хватило ровно на две недели! – прошипел он. – Ты считаешь, что это такой большой срок, что ты можешь уже размахивать перед моим лицом сковородками и ножами? Ну, так вот я так не считаю!

Лилит гордо переносила его хватку, пытаясь даже глаза не жмурить. Она ему ничего не ответила, потому что не могла. Вампир приблизился к ней. Не было страха, только злость. Лилит не видела своей вины, а это значит, что он мог делать с ней все что угодно, она все равно не изменит своего мнения, выражение лица и поведение. Неожиданно она попыталась улыбнуться, отчего Левиафан растерялся, но не отпускал ее.