Мэри…

Его сестра? Это уже утешительно. Но зачем он обманул лейтенанта, заявив, что никогда не видел письмо?

Рано или поздно полиция установит, что он лгал, и его будут подозревать в убийстве.

Виктория еще больше пала духом, сфантазировав сценарий, по которому Мэри стала жертвой преступления и ее поспешно захоронили, чтобы скрыть правду, — возможно, даже под фундаментом замка.

«Перестань!» — приказал ей разум. Хантер О'Хари ни в чем не виноват, нет оснований обвинять его.

«К тому же, — подумала она, — я, кажется, люблю этого человека и поэтому должна доверять ему».

Кроме того, рассуждала она, способен ли человек, только что совершивший в своем доме убийство, прийти к ней в спальню и беседовать о скаутах, об общих чертах характера, о свидании?..

«А ведь может, — цинично ответил ее внутренний голос. — Особенно если ему нужно надежное алиби».

В замке скрывался убийца. Ее бы не особенно удивило, если бы она обнаружила, что все домочадцы в этот час, когда темнота ночи постепенно сменялась утренним светом, заглушали свои тревоги болтовней и кофеином.

Но, войдя на кухню, она увидела, что за столом сидели лишь Нилли и миссис Причард.

— Вы сварили только на двоих? — спросила она повариху, показав на кружки, из которых они отпивали кофе.

— Сейчас он нам всем нужен, — фыркнула краснолицая миссис Причард и вперевалку направилась к буфету за чашкой для Виктории.

Она была в бесформенном халате и потрепанных шлепанцах. Нилли же, отметила про себя Виктория, был уже полностью одет. Ох уж эта вышколенность старых слуг…

Виктория отодвинула стул и села.

— Это была ужасная ночь, — промолвила она.

Нилли молча кивнул головой.

— Клянусь, что между ею и мною бывали ссоры, — начала миссис Причард, но ее тут же резко оборвал камердинер:

— Я бы на вашем месте, миссис Причард, на эту тему не распространялся.

— Не болтайте глупостей, Нилли! — ответила она. — Я бы и самому святому Петру сказала, что не пожелала бы такой жуткой смерти даже злейшему врагу. — Миссис Причард тряхнула головой и поставила свежий кофе перед Викторией. — Говорят, она была чернее ночи.

Нилли откашлялся.

— Странно, — сказала Виктория, — что никто не слышал, как опускалась решетка. Вы думаете, что такая огромная…

— Сам смазал ее тщательно, как младенческий пах, — вмешалась в разговор повариха.

— Простите? — сказала Виктория.

— Когда после перевозки замка ее установили, решетка была вся в трещинах. — Миссис Причард обрадовалась, что может поделиться своими сведениями. — Самому это очень не понравилось, он и приказал ее смазать.

— Но если он никогда не собирался пользоваться ею, — добивалась Виктория разъяснений, — то зачем ему были нужны все эти хлопоты?

— Да, но, в конце концов, кто-то все же воспользовался? — заметила повариха.

Тут камердинер вставил, что не их дело обсуждать подобные вещи.

— Решетка, наверное, опустилась с такой ужасной скоростью, что миссис Мэджин не успела отойти в сторону, — сказала Виктория.

— Можно подумать, что здесь приложил руку сам сатана, — проворчала повариха. — Нет, я не говорю, что действовал дьявол, но…

Нилли отодвинул свой стул и сообщил, что покидает их.

— Ничего хорошего от дальнейшего обсуждения ждать не приходится, — вздохнул он перед уходом.

— Думаю, симпатяга прав, — тоже вздохнула миссис Причард и достала из кармана носовой платок.

— Нилли выглядит ужасно подавленным, — заметила Виктория.

— Он просто потрясен.

— Да?

— Он теперь говорит, что не проведет здесь и недели.

— Кто?.. Нилли?

— Он тоскует по дому, моя дорогая, и я его нисколько за это не осуждаю.

И миссис Причард рассказала, как со дня приезда в Америку самый старый из слуг сэра Патрика не знал ни одного счастливого дня, мечтая заработать на обратный билет на родину, к могилам своих предков.

— Я страшно не люблю сообщать дурные вести, — сказала Виктория, — но уверена, что пока следствие по делу об убийстве не закончено, полиция не разрешит кому-либо куда-то выехать. Особенно за границу.

Такое предположение поразило повариху.

— Нилли и мухи не обидит! — встала на защиту своего престарелого друга миссис Причард. — Даже если она станет ему очень докучать.

— Кому докучать? — спросил вошедший на кухню Син Майкл. Он был в джинсах, рубаха была расстегнута до пупка. — Я пропустил что-нибудь интересное?