— Тогда договорились. Ирменг, будь осторожен, недалеко от Нарбонны я видел Орденца!

— Здесь ему делать нечего.

— Этот рыцарь — дес Хизе, тайный эмиссар.

— Тот самый?

— Да, тот самый. И не забывай про тридцать сребреников. Змея предательства всегда сидит на груди человека, и, только и ждет возможности ужалить.

— Хорошо, я не буду торопиться с приказом и инклюзом несколько дней.

— Это будет правильно. Ну, все, до встречи! — они обнялись, и гость растворился в завесе мелкого дождя.

А Ирменг — Соджер — Борнуа — Громби, еще долго сидел у окна, безуспешно пытаясь высмотреть незаметную фигуру, бредущую в полумраке ночи, опустившейся на Лангедок.

4) — Прагерия — мятеж в 1440 г. французской знати против централизаторской политики королевской

власти; подавлен королем с помощью городов

5) — "Не убоишься ужасов в ночи, стрелы, летящей днем" — цитата из Псалома 90; 5

6) — Жиль де Ре — герцог "Синяя борода", маршал Франции, сподвижник Жанны Дарк. Казнен в

1440 г.

7) — Инклюз — волшебный предмет, артефакт, странный прибор непонятного назначения

8) — Раймунд Луллий — ок. 1235–1315, Пальма-де-Мальорка — поэт, философ и алхимик, один из

наиболее оригинальных представителей средневекового миросозерцания с положительной его

стороны. Сторонники Луллия, бывшие довольно многочисленными уже в последние годы его

жизни (в одном Парижском университете нашлось 50 магистров и докторов, заявивших письменно

полное одобрение его учению), образовали после его смерти целую школу, особенно

процветавшую в XV веке. Написал несколько алхимических трактатов, из которых "Завещание"

("Testamentum"), "Сборник правил, или путеводитель по алхимии" ("Codicillus, seu vademecum")

и "Опыты" ("Experimenta") приобрели громкую славу

Дальент дес Хизе, рыцарь Алькантара9), тайный агент Великого Магистра Гутиэро де Сотомайера, приор командорства и регент Ордена в Нарбоннской епархии, а заодно комиссар и inquisitor a Sede Apostolica specialiter deputatus10), проклиная погоду пробирался по лесной тропе к деревушке Сен па Жерми.

Уже темнело, когда он выбрался на опушку и в сгущающихся сумерках разглядел домики у подножья скалистого утеса. Усталая ездовая сразу пошла веселее, почувствовав скорый отдых, а тяжеловоз чалый, нагруженный дорожными вьюками и оружием, и всю дорогу плетущийся в арьергарде, всхрапнул и стал рваться вперед. Подъехав ближе, рыцарь сориентировался и направил коней к деревенской церкви, окруженной фруктовым садом и невысоким каменным забором. Калитка была заперта, за ней переливчато лаяла собака. Комиссар громко постучал, через несколько минут из-за забора послышались шаги, и кто-то скрипуче спросил:

— Кого там принесло, на ночь глядя?

— Benedictum nomen lesu!11) К отцу Лекору — ответил храмовник.

Калитка открылась, и появился страж врат — немолодой уже мужчина с гривой седых волос. Близоруко щурясь, он в полутьме сумерек разглядел черно-зеленую суркотту12), крест из четырех лилий нашитый на нее, и тут же засуетился, открывая парадный вход для позднего визитера.

— Да, господин, просим — повесил фонарь на крюк, и кинулся придержать стремя спешивающемуся всаднику. — Отец Лекор будет очень рад вашему визиту, проходите, я провожу, — сторож закрыл двери, схватил светильник и чуть не бегом кинулся к дому. Когда провожатый подвел к крыльцу, дес Хизе остановился.

— Коней расседлаешь, накормишь и напоишь, попоны — высушить, проверить подковы. Кузнец есть в деревне?

— Да, господин.

— Кто-то из ландфридов13)?

— Только двое ажанов, месье.

— Хорошо. Утром, после секундарии14), лошади должны быть оседланы, навьючены и готовы к походу. А после того, как управишься со скакунами, сходишь в таверну — рыцарь протянул сторожу серебряную монету — и купишь ужин, для меня и аббата. Все ясно?

— Да, месье.

— Тогда выполняй — не стучась, рыцарь толкнул дверь домика, и вошел внутрь, сразу остановившись в полумраке прихожей. Приятное тепло натопленного очага, запах копченостей и свежего пива, резко ударил в ноздри. Дес Хизе развязал кожаные завязки плаща и скинул его с плеч.

— Сольен, это ты? — из глубины дома раздался голос аббата.

— Нет, отец Лекор. Встречай нежданного гостя, — рыцарь уже освоился в помещении.

Послышались шаркающие шаги ног, обутых в домашние башмаки и в прихожей появился хозяин — невысокий крепкий старик в засаленной рясе и со свечой в руке.

— Ваша милость… Какая честь моему скромному жилищу… — было заметно, что аббат сильно испугался и занервничал, — прошу Вас, входите.

Дес Хизе окинул взглядом небольшую, скромно обставленную гостиную, освещенную отблесками камина и несколькими сальными свечами. На столе лежало открытое Евангелие.