– - Когда я изучал тебя, я старался расположить газетные вырезки и онлайн-заметки в хронологическом порядке, и вот что забавно: похоже, что в некоторые дни ты сильнее, а в некоторые слабее. Я составил схему. У тебя есть некая внутренняя батарея или бак топлива, который даёт тебе силу. Если ты долго не пользуешься силой, то становишься сильнее. Ты становишься сильнее в солнечные дни. Ты, похоже, поглощаешь любой свет, а потом тратишь его на свои силы.

Тео показалось, что он увидел легкую тень обеспокоенности на лице Кейден.

– - Пасмурная неделька выдалась, а ты расходовала свои силы направо и налево, стараясь со своей группой урвать долю территории. Так что хорошенько подумай, что ты сделаешь дальше. Потому что если я прав, и твои силы на исходе, то ты можешь и не суметь убить меня. А уж я сумею, и я убью вас всех троих.

– - Ты меня недооцениваешь, -- твёрдо сказала Кейден.

– - Так что же ты не испепелишь меня? Давай, размажь меня по стенке, если думаешь, что так сильна, твой свет ведь быстрее моего ножа, а? Докажи, что я ошибаюсь!
– - Джек улыбался. Он подождал несколько секунд, но единственным звуком в коридоре оставалось обиженное хныканье Астры.

Джек вышел из квартиры и направился к лестнице.

– - Я так и думал. Будь благодарна. Этот пацан -- единственная причина, почему ты и твоя дочь сейчас живы. Он объяснит. Обучи его, сделай его сильным, сделай его коварным. Позволь ему выбрать ту дорогу, которую он решит выбрать. Ты и твоя дочь обязаны ему.

Кейден посмотрела на Тео, который бросил секундный взгляд на Джека, а потом посмотрел на неё и быстро кивнул, убеждая её. Джек бы не стал затевать это всё, если бы не был уверен, что сможет уйти.

– - Ладно, -- сказала она.

Джек не предложил больше ничего. С ножом, мелькающим в руках, он отступил к двери сбоку от лифта, пинком отворил её и зашел внутрь. Он спускался вниз, насвистывая веселую мелодию, и эхо раздавалось по лестнице, пока не захлопнулась дверь.

Тео вручил Астру её матери. Он был потрясен масштабом того, что ему предстоит сделать. Два года.

Интерлюдия 11в (Элли)

Саламандра часто жаловалась, что обладателю суперсилы, связанной с созданием огня, приходится иметь дело с двумя типами противников. Первый тип -- люди, которые могут гореть. Они составляют большинство. Гражданские тоже относятся к этой категории. Если человек с такой силой не был аморален (а Саламандра не была), то это выходило боком для него самого из-за того, что было достаточно легко нанести ужасающие раны, шрамы или убить. В общем, сделать то, что обрушивало ничем не сдерживаемый гнев героев на головы злодеев.

Второй тип -- противники, которые не боятся огня. Люди, защищённые броней, люди с силовыми полями, люди, состоящие из или покрытые инородными материалами, и так далее -- список всё продолжал расти.

– - Беги, Саламандра!
– - приказала Трещина.

Ожог была одета в красное платье и предпочла прийти босиком. Спутанная копна её тёмно-каштановых волос нависала над широко распахнутыми зелёными глазами. Кожа у неё была бледной, что подчеркивалось контрастом с красным цветом платья и тёмными кругами под глазами. Круглые шрамы, будто бы от затушенных об кожу сигарет, спускались двумя рядами от глаз к челюсти. Она шагала вперёд через пламя, зажжённое ею на улицах вокруг пустующего сейчас ночного клуба Трещины "Паланкин". Распахнув руки в стороны, она распространяла пламя на всю ширину улицы, собирала жар в ладони и швыряла его в своих врагов.

Очевидно, у неё не было того же предубеждения против сжигания более уязвимых противников, как у Саламандры.

Улитка Грегор поймал и затушил один огненный шар, метнув навстречу ему комок слизи. Другой приземлился посреди группы, никого не задев, но заставил их отпрянуть друг от друга. Тритон оказался с одной стороны вспышки, Трещина и Клевер с другой, а Грегор и Саламандра позади всех, дальше всего от Ожог.

Саламандра повернулась бежать, а Ожог собрала следующий шар и метнула его вперёд так, что он взмыл высоко в воздух перед тем как упасть. Шар врезался в Саламандру и впечатал её в асфальт. Пламя лизало её огнеупорный костюм и тротуар вокруг. Прошло немало секунд, прежде чем она смогла попытаться встать на ноги.

Ожог воздвигла вокруг себя стену пламени, ослепляя остальных, и в долю секунды оказалась рядом с Саламандрой. Она схватила девушку за горло кончиками пальцев и потянула её вниз, к земле, которая всё ещё дышала жаром пламени.

"Ну вот почему это не могла быть одна из затопленных улиц? Почему "Паланкин" должен был обязательно стоять на этом холме?"

– - Достань её!
– - закричала Трещина. Клевер навела оружие и выстрелила, а Грегор отправил струю слизи в то место, куда отпрыгнула Ожог. Слизь потушила огонь, и в то мгновение, как брызги слизи и клубящийся пар заслонили Ожог, она исчезла.

– - Там!

Ожог возникла из языков пламени в пяти метрах от Саламандры и направилась к девушке, прикрываясь ею от огня команды Трещины. Она схватила Саламандру и потащила в переулок, сжав одной рукой её горло. Где бы ни ступала Ожог, она оставляла за собой горящие следы, которые медленно росли и распространялись, сливаясь друг с другом, образуя огненную дорожку.

Тритон метнулся вперёд, перескочил через пламя, разделявшее их с Грегором, и запрыгнул на ближайшее здание, где подхватил хвостом мешок мусора. Изогнувшись всем телом, он метнул его в Ожог. Мешок попал в цель, и она отшатнулась назад, выпустив Саламандру.