Барьер, всё ещё в тисках Левиафана, ударился верхней частью тела о разрушенный край здания.

– - Барьер погиб, CD-6.

Хриплый крик Лазер-шоу казался чем-то далеким, чем-то едва осознаваемым, потому что Левиафан приземлился в том месте, где пересекались два переулка. Он прыгнул к Солнышку, зацепился за землю когтями, чтобы остановить свою инерцию. Его водяной след прошел вперёд, частично ударяя в перегретый шар, превращаясь в массивные облака пара. Остальная его часть прошла ниже, захватывая Солнышко ниже талии, выбивая из-под нее ноги одним сильным порывом. Она перевернулась, верхняя часть её тела столкнулась с землей. Миниатюрное солнце погасло.

– - Солнышко выбыла, CD-6.

Поворачиваясь на месте, Левиафан переместил коготь, создавая волну всей водой, которую он породил с момента входа в переулок, направляя её в сторону одной из двух собравшихся групп. Кейпы попадали, а Левиафан прыгнул через пузырь искажения времени, приземляясь перед другой группой, в которой были местные Стражи, Скорость, члены Империи Восемьдесят Восемь и иногородние кейпы, которых я не знала.

Группы, в тылу которой была я.

Кто-то шагнул вперёд, чтобы перехватить его в середине выпада, какая-то женщина, которую я не узнала. Отила касалась её и давала что-то вроде неуязвимости, что и позволило ей принять удар Левиафана и не быть убитой на месте.

Хоть она и была неуязвимой, она не могла никак помешать водному шлейфу, который обошёл её и хлынул на нас.

Меня отбросило назад -- не сама вода, а поток тел, которые были поражены, сокрушены и отброшены следом. Меня ударило в плечо и закрутило, рука стукнулась о подоконник и взорвалась острой, резкой болью. Я приземлилась на спину, увидела, как кого-то швырнуло над толпой, он столкнулся со стеной с громким хрустом, приземляясь как тряпичная кукла в трёх метрах от меня. На его груди были изображены труба и флаг.

– - Герб погиб, CD-6. Геральд погиб, CD-6.

Кайзер -- я даже не заметила его в группе -- возвел частокол клинков вдоль переулка, между нами и Левиафаном. Этого было не достаточно. Левиафан прорвался сквозь них, как я могла бы прорваться через плетёную корзинку. Острые куски стали поворачивались и с грохотом обрушивались на землю.

Кайзер сменил тактику, начав создавать стальные колонны метровой толщины, которые ломались уже труднее. Они появлялись медленнее, однако, скорее гнулись, чем ломались.

В ответ Левиафан усилил натиск. Он в полную силу надавил на барьер из лезвий и колонн, встававших против него. Стена рухнула, разлетевшись осколками стали.

Вспышка боли в руке напомнила, что я ранена. Чёрт, боль была сильной. Она пульсировала и каждая вспышка казалась хуже предыдущей. Я ощутила слабость в ногах, когда опёрлась здоровой рукой.

Левиафан не издавал никаких звуков. Я продолжала ждать рычания, шипения, да хоть чего-нибудь, но он молчал. Я почему-то представляла, как он победно кричит, проламывая барьер, приседая и бросаясь в толпу.

Он остановился и я подумала, что он использует свой шлейф, чтобы нанести удар, но водное эхо остановилось спустя секунду после появления, только его края продолжали двигаться вперед, круша все по бокам улицы.

На несколько мгновений стало почти тихо, если не считать шума дождя, стонов боли окружающих, включая мои, и звона одной из колонн Кайзера, вырванной из стены и упавшей на кучу лезвий.

У меня ушла секунда на понимание того, что произошло. Левиафан застыл на середине движения и его шлейф постигла та же судьба -- застыть во времени. В середине шлейфа находился Стояк, наполовину в воде.

– - Кто-нибудь, вытащите его оттуда! Он задохнется!
– - закричала я, мой голос дрожал и был напряженным из-за испытываемой боли. Однако мой голос потонул в ещё не менее чем пяти выкриках, которые раздались во всех сторон. Левиафан в ловушке, держите его, используйте ещё те гранаты, пока он не высвободился. Кто-то даже начал стрелять дугами молний в застывшего Левиафана. Слишком много противоречивых команд от слишком большого количества людей, которым не приходилось сражаться против Стояка или с ним, и которые не знали, как работали его силы. Этот хаос не даст нам ничего сделать, и будет продолжаться, пока Левиафан не освободится. Нам нужны были приказы, а большинство из тех, кто мог бы их дать, было выведено из строя или находилось вне поля боя.

Браслеты! Оружейник говорил о системе приоритетов.

Моя левая рука висела вдоль тела и я не могла заставить себя поднять её. Даже обычная сила тяжести и вес самой руки порождали мучительную боль. Нечего было и думать о том, чтобы нажимать на кнопки.

Я приблизилась к человеку впереди меня и схватила его за запястье. Какая-то женщина с полумесяцем на голубом костюме. Она испуганно уставилась на меня. Когда я начала нажимать на кнопки, она двинула своей рукой, словно думала, что я направляю её движения.