Ещё одна моя давнишняя формулировка, которая, возможно поможет вам оградить вас от потерь:

«Общение — вещь простая… Оно либо получается, либо — нет… Если в общении есть сложности — скорее всего, что оно не состоялось. Со всеми истекающими из этого последствиями…»

Береги себя от растрат энергии, куда попадя! Куда её потратить должным образом вам будет дано…

Условности

«Не оставляй за собой право быть слабым. Оставляй за собой право быть сильным».

Выходящий за рамки и за границы шаблонного себя (этого уродца, утопленного во всепропитывающем растворе иллюзорного мира), на самом деле он выходит из плоскости, из измерения условностей. Для него в какой-то момент становится очевидным, что иллюзорная трясина (это рабство несоответствия твоего внутреннего и внешнего человека) и условности — это одна природа. Т.е. одно и то же.

Путы условностей, связывающие человека, очень разные. От физических законов до индивидуальных особенностей личности, как правило извращенного характера, таких как эгоизм, самомнение, амбиции, звездные болезни… Потому и не летаем, потому что гравитация и отсутствие крыльев, видите ли. Или не соединяемся, потому что у тебя нет Мерседеса, или по крайней мере — ты не хочешь носить меня на руках…

Если… Это универсальное слово «Если»… Вот если то, то это. А если вот это, то тогда я…

И эти все «Если» — болото. Со смертельными, выделяющимися, опьяняющими, парализующими газами. Стоит избавиться от Если-условностей, как буквально в тот самый момент начнут происходить невероятные вещи. Чудеса, другим словом. Только попытайтесь это представить… Вот были Если-условности, и раз! Не стало их… Всё придет в движение. И в движение не простое, а «золотое». Движение, творящее нечто новое, настоящее, реальное. Человек выходит из колдовского оцепенения, чары над ним властвующие, опадают. Нет больше сдерживающих его душу условностей. Нет больше «Если». Есть только Здесь и Сейчас. И есть ты в этом настоящем моменте времени в роли созидателя, души, вырвавшейся на свободу… Исчезают барьеры, не пускавшие человеку выразить себя. И понеслось!

Звучит красиво, правда? А как будет на самом деле? А будет так…

Как только с человеком начнется пробужденческий процесс, который начнет выводить его за границы условностей, тут же нарисуются… новые условности. Они нарисуются в виде каких-либо обязательств, очень-очень «непреодолимых» законов, авторитетных мнений, страхов и сомнений, и, конечно же… людей. С их непробужденными душами, захороненными под железобетонные саркофаги их собственных условностей, их собственных «Если» их собственных иллюзий. И будут они делать, что? А будут они делать то, что делают с ними же их же иллюзии, условности, «Если»… Они будут пытаться навесить их на вас. Почему? Просто потому, что они так считают. Точка.

И что делать в такой ситуации? Это просто: этим людям нужно послужить… Как?

Дело в том, что послужить человеку можно лишь тем, что имеешь сам. Если ты обладаешь хоть даже наметкой, но настоящей Свободы, поделись этой Свободой с ним.

Просто скажите этим людям, которые пытаются повесить на вас свои шаблоны условностей: «Слушай, дорогой… Я платил плату по выходу из рабства не для того, чтобы за твои красивые глазки быть опутанным твоими косяками условностей… Ты хочешь быть причастником моей свободы на своих условиях? Освободись вначале от условностей сам, и тогда возможно тебе станет доступно то, чем могут обладать другие… Если же твои понты для тебя так важны, то, несмотря на то, что внутри тебя прекрасная личность, нам просто не по пути. Но ты всегда будешь принят, когда природа безпонтовости станет твоей природой».

Жестковато. Да. Но ничего не поделаешь.

Как сказал Иисус: «…ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у не имеющего отнимется и то, что имеет». И потому, тот, кто в себе имеет зачатки, зерно свободы от рабства, впоследствии поймет, что ваша кажущаяся жесткость и не была жесткостью вообще. Но была проявлением вашего освобождения и служением ближнему одновременно.

Вот такие вот каламбурчики…

Ущербность

«Всё равно ты иной. Каждое мгновение твоей жизни. Тебе самому не явны эти преобразования в тебе в виду того, что многие из них прогрессируют в тебе очень постепенно, незаметно, и потому не очевидно. Так же, как незаметен процесс обтачивания гальки морской волной. Но незаметность не является доказательством того, что ничего не происходит. Происходит. Ты меняешься. И этот процесс необратим…»

Была такая история:

Во времена рабовладельческого строя, где-то в Америке, один рабовладелец приехал в гости к другому. И среди чернокожих рабов хозяина дома, он отметил одного молодого раба. Отметил он его потому, что его манера поведения, какую бы работу он не делал, весьма отличалась от поведения других рабов. То, как он держался как-то явно выделяло его среди остальных. В нём просматривалось какое-то внутреннее достоинство. У раба…

Заинтересовавшись, гость спросил об этом рабе у владельца. «Дело в том, сказал владелец, что у себя на родине он был сыном вождя племени…» Статус. Вот, в чем было дело. Являясь рабом, и в этом отношении ничем не отличаясь от других рабов, у него был внутренний статус. Статус князя. Рабство, и всё то, что с ним связано, не изменило его природу. Вот откуда и такая манера поведения. Проявление собственного достоинства, несмотря ни на что. Ему никому ничего не надо было объяснять или доказывать. Он просто вёл себя согласно своей княжеской природы, которая была у него внутри, несмотря на то, что снаружи было невольничество, рабство, унижение. Он знал, кто он есть на самом деле.

Из какой задницы вырастают ноги обид, пресмыкания, агрессии, двуликость, споры и доказательства того, что ты не козёл, мщение, аргументация в свою защиту, трусость, лицемерие, угодничество, лебезение? Эта задница называется — ущербность. Которая есть сопутствующий фактор незнания себя истинного. Своего статуса высшего творения. Природы твоего внутреннего человека.

Когда грабители избили и изувечили Серафима Саровского, после чего он стал инвалидом, они были пойманы, но по требованию Серафима были помилованы властями и прощены им. Что это? Что было в этом человеке и многих, многих других, прошедших через подобное.