Полутемный офис освещала лишь одна настольная лампа, светившая над монитором современного компьютера. За столом сидела женщина лет тридцати, черные волосы небрежно собраны в низкий хвост. Густые черные ресницы оставляли тень на бледных щеках, полные губы сжаты в тонкую линию. Ловкие тонкие пальцы быстро порхали над клавиатурой. Женщина прикрыла глаза и, вздохнув устало, потерла переносицу.
– Мда, Элис, заработалась ты, - прозвучал в тишине ее мягкий с переливами голос.
– Нет, пора в отпуск!
– Женщина решительно поднялась со своего места, выключила компьютер, предварительно сохранив данные, и набросила на плечи пуловер. Застегнув на ногах длинные сапоги.
– Или замуж пора...
– задумалась она, выходя из кабинета. Решив, что все-таки лучше в отпуск, женщина вышла на темную улицу, освещенную лишь блеклыми фонарями.
Перебежками от одного освещенного участка к другому, по знакомым, до последнего камушка, улочкам Элис направилась к автобусной остановке. Мысленно прикидывая, сколько сейчас время, и ходит ли общественный транспорт, женщина неожиданно для себя оступилась, подвернув ногу, и едва не упала. Охнув, она остановилась, с паникой рассматривая высокий каблук на предмет повреждений. Нога предательски разболелась в голени. Тихо помянув незлым словом производителей современной обуви, женщина продолжила свой путь.
Маршрутка, последняя на сегодня уже трахтела, выпуская черный дым, на остановке. Понимая, что упустить ее — это упустить свой последний шанс на недорогое путешествие до дома, Элис, пробежала оставшийся путь бегом. Буквально втиснувшись в последний момент в закрывающиеся двери, женщина облегченно перевела дух.
Добравшись до дома без происшествий, Элис зашла в пустую квартиру и, скинув с себя сапоги и одежду, закинула свою уставшую тушку в душ. Немного взбодрившись, она, намотав на мокрые волосы полотенце, прямо, в чем мать родила, оставляя мокрые следы на полу, прошлепала на кухню...
... День не задался с утра. Сначала шеф нагрузил заданием за коллегу, которая, оказывается, ушла в декрет, потом, на меня вылили стакан кофе, хорошо хоть он был холодный, а секретарша из соседнего отдела долго просила прощения. В конце дня, я поняла что не успеваю написать лозунг для новой рекламы зубной пасты, и пришлось просидеть за компьютером допоздна. Дополнением стал сломанный каблук, еле до хромала до дома.
А в квартире меня ждала тишина. Повключав свет во всех комнатах, включив фоном телевизор, я залезла под холодный душ. Холодильник встретил радостным урчанием и забитым нутром. Порадовавшись, что в выходные успела затарится продуктами, а вытащила на свет божий лоточек с готовыми макаронами, и засунула их в микроволновку.
Кровать встретила меня прохладой простыней. Уплывая в царство Морфея, я вспомнила о том, что не успела сделать копии с последних документов, что мне швырнула на стол секретарша шефа.
Не заладилось с ней мое общение. Это была типичная блондинка из анекдотов, пришла и сразу заявила, что намерена стать любовницей шефа. Ха-ха три раза он пи... ну в смысле представитель секс-меньшинств. В общем-то, до шефа мне было как до луны пешком, поэтому я просто игнорила девчонку, а та бесилась. На столь непринужденной ноте я потерялась во снах.
Первой мыслью было разбить будильник. Мерзкое пищание пробиралось под черепную коробку.
Поднявшись, поймала катающиеся по полу часы. Интересный гаджет приобрела я месяц назад. Они назывались убегающие часы и гарантировали стопроцентную пробудку. И действительно, прежде чем отключить сие творение безумного гения, надо было их еще поймать. В зеркале на меня смотрела уставшая от жизни сорокалетняя женщина, забывшая радости жизни, с вороньим гнездом на голове. Фигурка у меня норм только. Талия узкая, ладонями не обхватить, конечно, но сантиметров шестьдесят, грудь сто где-то, бедра восемьдесят девять. А вот лицо у меня не стандартное, подбородок узкий, глаза крупные, губы пухлые, нос ровный. Я сама себе напоминала фарфоровую куклу, что когда-то давно дарила мне мама. Крупные светлые кудряшки у куклы у меня превратились в нечто по типу прически афро. Поэтому будь у меня смуглая кожа, могла бы смело думать, что я мулатка. А так, бледная как поганка, с кожей, совершенно не поддающейся ни естественному, ни искусственному загару. Усмехнувшись своему отражению, я прошла в ванную. Утро добрым не бывает. Пока купалась, микроволновка уже разогрела очередную порцию полуфабрикатов.
Собраться на работу для меня никогда не было проблемой. Полчаса и я готова. Детство в детском доме давало знать о себе. Квартирку эту я получила в наследство от родителей. Мои родители были кем-то вроде секретных агентов. Шпионов попросту. Они не вернулись с очередного задания. Трехкомнатную квартиру в Москве, у меня не отхапали предприимчивые родственнички только потому, что рядом всегда был друг отца – дядя Миша, именно он отправлял родителей на их последнее задание, и именно он винил себя в их гибели. Взять меня из приюта он не мог, не смотря на то, что связи у него были. Одинокому мужчине просто не отдадут приютить тринадцатилетнюю девочку. Он помогал мне, чем только мог, и заменил мне отца и мать, как мог. Отучилась на дизайнера. Устроилась в престижную рекламную фирму. Жила, крутилась как белка в колесе, с родственниками не общалась с того момента, когда они пытались отхапать оставшуюся трешку на окраинах, на тот момент, Москвы. Единственным родным человеком остался дядя Миша, ему стукнуло восемьдесят, и одинокий мужчина периодически нуждался в помощи. Хотя глядя на его подтянутую фигуру ему никто больше пятидесяти не давал. У старика воспалялись старые раны, и он не то, что сходить в магазин, не мог себе даже приготовить яичницу не мог.
Кое-как запихав в себя безвкусный рис с подливой, от известного быстропита, я накинула пуловер, обула кроссовки, благо под джинсы подходит все, и побежала на любимую работу. День начался с совещания, где как обычно нам указывали наши обязанности за день. Шеф, классный мужик, меня похвалил за расторопность, сказал равняться на меня, мол, я отличный сотрудник. Лестно. В личной беседе мог, конечно, и наорать, и мораль начитать, но никогда не опускался до того, что бы отчитывать при всех.
Пройдя на свое рабочее место, я с удовольствием расположилась в кресле. Вытащила из ящика любимые конфетки с ликером, запихав пару в рот, с набитыми щеками как у хомяка, сидела, пересматривала свои вчерашние идеи.