Ты что все время здесь была? Она не ответила. Я нашла какую-то рубашку на вешалке в ванной и вышла. Роберт уже стоял в прихожей с сумкой на плече, уже обутый.

– Мне пора.
– Произнес он. Я, молча, отомкнула дверь. Куда-то исчез весь мой сарказм, который был бы кстати, но, увы.

– Удачи тебе.
– Кивнула я. Он аккуратно обнял меня. А потом я почувствовала его губы на своих. В глазах потемнело. А Роберт резко отстранился и быстро вышел за дверь, больше не оглядываясь. Я закрыла дверь и сползла по ней на пол.

"Кера"

– Чего тебе надо?
– Устало спросила я. Она не ответила, только исчезло ощущение амулета. Я перекинулась в демонский облик. Моя кожа вспыхнула желтым пламенем, заплавившим раны на теле. Встала.

"Ты мне просто нравишься".
– Какая прелесть!

– Ну, ты меня порадовала!
– Съехидничала я.

"Ты, кажется, куда-то собиралась"

Собиралась... не совсем собиралась, просто хотела убедиться... Да черт с ним. Я переместилась в аэропорт, оставаясь непроявленной. Через некоторое время появился Роберт. Он прошел регистрацию и вышел в зал ожидания. Мужчина был угрюм, совершенно не обращал внимания на стайку девушек лет по двадцать, которые явно узнали его. Наконец, одна решилась и, стесняясь немного, подошла.

– Извините, а можно ваш автограф?

– Девушка, я не тот актер, вы ошиблись.
– Устало ответил он.

– Ой, простите!
– Округлила глаза девица.

– Ничего. Многие путают.
– Вздохнул он. Девушка разочарованно ушла. Ну, если в широком смысле, то он в самом деле изменился и уже не тот актер. Так что, можно считать, что и не соврал.

Роберт, глянул в темное по вечернему времени большое окно, выходящее на летное поле. Я стояла за его спиной. Естественно меня он заметил в отражении в окне. Мужчина медленно обернулся, ничего не увидел. Снова глянул в отражение. Я все еще была там. Потом переместилась в ту часть зала, где не было отражающих поверхностей. Он стал осторожно озираться. Но, естественно, никого не увидел. Наамари включила амулет после моего исцеления. Я так и не поняла, чего она этим добивается. Сейчас мне было грустно. И от того, что этот мужчина стал самым моим уязвимым местом, и оттого, что я сотворила с ним. Меня угнетало, что я стала сочувствовать, и чувствовать вообще что-то кроме ненависти, все из-за Хранителя. Насколько проще было без него. Никаких чувств, никакой боли...

Наконец, объявили посадку. Я проверила самолет. Но все было спокойно, единственным демоном здесь являлась я. Салон наполнился запахом Роберта. Кстати давно заметила, что он как-то по-особенному пах. Этот терпко-свежий запах, почему-то напоминал мне об ангелах, но, как ни странно, не злил. Мой друг прошел мимо меня. И вдруг остановился, принюхался, обернулся, шагнул назад, наклонил голову почти к моему лицу, втянул носом воздух. Я попятилась, уперлась в спинку сидения. Он что чувствует меня? Как такое возможно?

– Топай, чего встал?
– Возмутился какой-то лысый мужик, которому Роберт мешал пройти. Тот тряхнул головой, будто отгоняя наваждение, и пошел на свое место. Я же поспешила покинуть салон.

Часть 4.

Вернулась домой. Проклятый амулет! Душевная боль в сто раз хуже физической. Как же больно... Я вырастила на руках когти, сжала зубы и распорола себе живот. В дыру просунула руку, глубже и глубже, разрывая собственные органы. К позвоночнику, туда, где в кость вплавлен амулет. С трудом нащупала что-то нестерпимо горячее, попыталась оторвать его. Но вспышка святого огня погасила мое сознание.

Очнулась я, лежа на полу. Осмотрела себя: правая рука по локоть сожжена почти до кости, в животе огромная рваная рана. Проклятье. И почему я не сдохла?

– Скажи, что ты надеялась сделать?
– Это Наамари. Я вздохнула. До меня не сразу дошло, что на этот раз я слышу ее голос не отовсюду, как раньше, а из кресла в углу комнаты. Резко подняла голову. И впрямь, кресло не пустовало.

Я с трудом села. Из раны хлынула кровь. Поползла к стене, кое-как оперлась спиной о стену. И принялась разглядывать свою доселе невидимую собеседницу. Наамари выглядела, как человек. Светлые длинные волосы, очень нежные черты лица, зеленое длинное платье с шикарным декольте. Но именно ВЫГЛЯДЕЛА. Человеком она не была.

– Ты пыталась извлечь Хранителя?
– С выражением любопытства на лице поинтересовалась Наамари.

– Да.
– Выдохнула я.

– Зачем? я имею в виду, почему именно сейчас?

– Не хочу больше чувствовать боль. Не хочу любить. Не хочу жалеть людей, не хочу чувствовать вину за причиненный вред. Не хочу чувствовать, как человек.

– Уверена, что это Хранитель является источником всего этого?

– Конечно. Я просто не способна все это чувствовать. Я от рождения бесчувственный сухарь. Это все не мое, оно исходит от амулета.

– Ну, хорошо.
– Она встала с кресла и подошла ко мне, присела на залитый кровью пол. А потом засунула руку в мое нутро. В глазах потемнело. Вдруг я увидела ее истинный облик.

Она была ужасна... и красива одновременно. Ее глаза светились алым, волосы исчезли сменившись жемчужными перьями, покрывшими все тело кроме лица и ладоней, сменявшимися роговыми шипами на позвоночнике, переходящими в короткий гребень на голове. Иссиня-черные когти на руках. Человеческое лицо. Она оскалилась, обнажив два ряда острых игольчатых зубов. И крылья. Потрясающие белые крылья, как у ангела. Ангела?