– Ты знаешь, куда мы хоть лезем?
– Шепотом спросил я его, для нормальной речи, эхо было бы не позволительно громким.

– Конечно, нет, этот коридор, предназначенный для карликов, обязательно нас куда нибудь выведет.
– Не смущаясь своего положения, заблудившегося грызуна в норе, ответил ХайСыл.

Я хотел предложить повернуть направо на возникшем перепутье, да вот меня бессовестно перебили прямо на полуслове, едва я открыл рот.

– Как наши дела в оружейной?
– Вопросительно послышался мужской голос, сначала я подумал, что это Ян, а потом уловил сквозь решетки вентиляции, интонацию присущую совершенно другому человеку.

– Вчера пришло пополнение по всем статьям, боеприпасы, электронное оснащение, снаряжение, даже взрывчатку всю доставили, все строго по списку, который ты мне дал на кануне. С военными приятно иметь дело.
– Отчитался второй мужчина, его оппонент.

– Если бы военные узнали какое оружие есть у нас и что сейчас находится в проекте, мы бы не получили ничего, так сильна стала бы их зависть.
– Сказал первый.

– Так не будем им ни о чем говорить, чтобы не портить наши возобновившиеся отношения.

– Если сапоги, каким либо образом узнают о том, чем мы здесь занимаемся и что у нас есть, полетят головы, наши с тобой в первую очередь.

– А разве это в их компетенции, приглядывать за нами, подобно строгому дядюшке?

– Нет, все дело в деньгах и сфере влияния, однако вернемся к насущным вопросам. Что с гостями?

– Камеры последний раз видели их в главном здании, а после штурма кабинета шефа, они пропали, там слепая зона. Есть подозрения, что они уже, где то поблизости.

– А что с шефом?

– Жив здоров и крепко спит, применены сильнодействующие барбитураты, вкупе с нейролептиками, в задурманенном состоянии пробудет минимум до завтра

– Значит командование полностью лежит на мне.
– Задумчиво проговорил первый.
– Ладно, в течении часа найдите виновников торжества и доставьте в камеру допросов, в сознании или без - не важно, главное живыми.

– Есть босс, будет сделано босс.
– Ответил подчиненный.

Все поняли, с тех пор как закончилась стройка, за последние лет двенадцать, никто еще не проникал к ним так легко и глубоко в недра. Никто и не пытался проникнуть.

– Давай уже выполняй.
– Сказал первый, а когда второй вышел из предполагаемой комнаты, в которой они были, добавил.
– Любая система всегда имеет огрехи.

Потом первый стал почти не слышно, что-то печатать на клавиатуре. ХайСыл махнул мне рукой, предлагая отправиться дальше.

Квадратная труба, по которой мы ползли уже на коленях, постепенно сужалась и ХайСыл, испытывал непреодолимые мучения от тесного перемещения на четвереньках. Я не жаловался, все-таки, я был поменьше его, ну и коленки у меня наверно болели не так сильно. Мы перестали разговаривать вообще, в принципе, опасаясь быть услышанными в любой момент, хотя никаких разговоров мы больше не слышали. Воздушный поток усилился и мы повернули туда откуда его сила нарастала, потому что мы уже порядком взмокли, и хотелось хоть как то освежиться. Ветер в узком тоннеле стал сильнее, донесся кислый запах теста, будто мы сейчас попадем на кухню к шеф-повару или лучше сразу в кондитерскую. Однако нас ждало, не совсем-то чего мы ожидали. Добравшись до конечного пункта нашего вентиляционного рукава, глазами мы приникли к решетке. Перед нами располагался большой зал лаборатории, уставленной бесконечным количеством столов с образцами, колбами, химическими препаратами в самых невероятных емкостях. Здесь присутствовали только два лаборанта, один ел бежевый порошок с ладони, а другой закрывал на ключ небольшой сейф на столе. Был и третий, тоже лаборант, он спал на маленьком диване в углу, прикрыв лицо раскрытой папкой для бумаг. Тот, что закрывал сейф, закончил, и спрятал ключик на цепи в карман брюк.

– Давай, попробуй, открой замок без использования ключа, рук и вообще каких бы то ни было приспособлений в частности.
– Сказал лаборант, державший ключ при себе, при этом достал микрофон, а поднеся к губам, сказал уже более официально.
– Эксперимент 'стекло', наблюдение номер семь, управление материей силой мысли.

Жевавший порошок, закрыл глаза, повращал головой, покивал в разные стороны, в подобие разминки, помахал руками и открыв глаза сосредоточился, сквозь линзы носимых им очков на сейфе. Минуты три ничего не происходило, и мы с напарником переглянулись, сообразив, что они так тут развлекаются, пока никого нет, а третий вообще спит. Но дверца сейфа вдруг чуть отошла в сторону.

– Ничего себе!? Ты его открыл!
– Вскричал лаборант с диктофоном на готове, а потом спокойнее в диктофон произнес.
– Дверь открылась, посмотрим, что с замком.

Дверцу сейфа приоткрыли и обоих открылись рты.

– Замка нет.
– Сказал очкарик.

– Вижу, что нет.
– Пораженно подтвердил его наблюдатель.
– Ты что с ним сделал?

– Я представил, что он открывается, очень сильно этого захотел.
– Пояснил очкарик.

– Да ты его буквально испарил, в ничто!

– Давай кофе попьем, а потом еще разок попробуем, а то у меня, что-то голова разболелась.
– Пожаловался очкарик.

– Давай, а потом продолжим с другими вещами.
– Лаборант убрал диктофон в карман, и они пошли к кофе машине.

Пока один беззаветно спал на диване, они сидели рядом у стола и пили кофе, а потом испарили точно также воду из стакана, ластик, карандаш, пару монеток и тюбик чего-то еще. Мы устали созерцать научные эксперименты и двинулись дальше.

После мы проползли еще немного, попали в котельную, напичканную невероятных размеров котлами, трубами и прочего металлического сырья. Повезло, что попали не в зимний сезон, а то бы совсем упрели, можно только догадываться какая здесь должна стоять жара, в морозную погоду, например. В котельной до нас доносились приглушенные частые удары. Мы последовали в ту сторону, откуда они исходили.