– - Да кто бы говорил.... Перед глазами только ягодицы.... Картёжник, бабник и алкаш, наследственный к тому же.

– - Да-а-а, -- протянул мужчина. -- Не зря мне папа говорил, какая же ты ....

– - Герой! -- засмеялась женщина. -- Мама сразу сказала, что с тобой будет один геморрой.

– - Милая, и как тебе жилось так долго с этим?

– - Пошляк! Только на это и способен.... Ума то кот наплакал.

– - Ну-у, где уж нам с мышиным разумом сравниться.

– - Ладно, -- женщина вздохнула. -- Душу отвели.... Пошли в постель... с утра нам на работу.

– - Нормально, -- кивнул мужчина. -- Говорят, зарплата завтра.

– - И ты молчал?!

Пара удалилась, и я подумал о загадках человеческой души. Как много тайн она хранит и откровений чудных...

Внезапно, свет исчез. Голова снова ударилась в низкий свод, и я облегчённо выполз за пределы мощных стен прямо к подножию дивана в особняке Юллия Цезаровича.

– - Проснулся?

Чья-то нога появилась рядом, и я увидел знакомое лицо Киры. Она с любопытством разглядывала меня, наклонившись к полу, отчего голова у неё повернулась почти на сто восемьдесят градусов.

– - В здоровом теле, здоровый сон! -- послышался бодрый голос Юллия Цезаровича. -- Доброе утро, молодой человек. Вы прирождённый аристократ...

Я растерянно поднялся. За окном ярко светило над горизонтом восходящее солнце. Неужели я проспал всю ночь?

– - А давайте-ка посмотрим вашу карту, -- сказал Юллий Цезарович.

Он пробежался пальцами на клавиатуре сверхтонкого ноутбука, словно заядлый пианист, и я увидел несколько кругов с непонятными символическими значками. Весь диаметр окружностей был в разноцветных пересекающихся линиях. Вверху короткой строчкой отображалась дата моего рождения, о которой я никому не говорил...

– - Да у вас Уран силён, -- пробурчал Юллий Цезарович. -- Он склоняет вас к некоторой эксцентричности, однако крутой Сатурн мешает ей проявляться в окружающем мире. Ваша необычность скорее имеет внутренний вектор.... Вы экзотический интроверт!

– - Что это такое? -- удивлённо произнёс я.

– - Человек, -- пожал плечами Юллий Цезарович, -- который склонен к внутренней интроспекции и прочей абстракции...

– - А-а, почему экзотический?

– - Потому что у него всё не как у людей.

– - Значит, мы чем-то похожи?

– - Возможно, -- усмехнулся Юллий Цезарович. -- Правда, меня скорее можно назвать экзотическим экстравертом...

Он замолчал и пристально посмотрел в окно.

– - Просто папа не любит об этом говорить, -- снова вмешалась Кира, когда молчание несколько затянулось.

– - Ладно, господа, -- сказал Юллий Цезарович. -- Давайте лучше послушаем музыку.

Пальцы снова замелькали на клавиатуре, и в зале раздались торжественные звуки органа. Юллий Цезарович зажмурился и положил руки на колени.

Я с интересом разглядывал книжные полки в особняке хозяина. В основном, здесь были старинные манускрипты, витиеватые буквы которых мне так и не удалось разобрать.

– - А современного ничего нет?

Юллий Цезарович нехотя оторвался от созерцания музыки.

Мы поднялись на второй этаж, где находилось помещение с табличкой "Библокинофон". Я осторожно приоткрыл тяжёлую металлическую дверь...

Глава двенадцатая

– - Здравствуйте!

Гулкий звук доносился из стеклянной кабинки, похожей на банковскую кассу. Внутри находилась женщина в необычных очках, объёмные линзы которых выглядели, как выпуклые глаза стрекозы.

– - Что будем слушать? -- осведомилась дама, когда я подошёл ближе. -- Могу недорого предложить классику.

– - Простите...

– - Классика -- это любовные романы, боевики, ужасы и другие шедевры литературы.... Вот, пожалуйста, новый хит: "Сублимация любви или последние оттенки страсти".

На обложке журнала была огромная кровать. Утомлённый мужчина лежал, широко раскинув руки, и над мускулистым телом склонилась молодая женщина. Красавица с надеждой смотрела на него, однако взгляд мужчины терялся где-то в пространстве.

– - А почитать можно?

Очки изумлённо замерли.

– - Вы умеете читать?

– - Конечно.

Женщина недоверчиво покачала головой.

– - Текстовых файлов давно нет, остались только аудиокниги и журналы комиксов. Кстати, у нас работает кинофон 21дд. Проходите, молодой человек...

Странный металлический шар возвышался в соседней комнате. Своими размерами он напоминал глубоководный батискаф с маленькими окнами. Приставная лестница вела к незаметной дверце овальной формы.