Я была настолько ошеломлена этим откровением, что отступила назад, но он сдавил мой подбородок, качая в отрицании головой. Обняв меня за талию, он приподнял меня, я ногами обхватила его за талию, и он медленной походкой подошёл к мраморной кухонной столешнице. Он усадил меня на неё, потянулся к моему стакану с молоком и сделал глоток.

— Есть гораздо лучший способ пить молоко, — подмигнул он.

Он выглядел чересчур греховно. В его глазах мелькнул некий умысел, словно он был на задании. Я запустила руки в его волосы и притянула его ближе к себе. Я погладила его щёку, задержавшись на шраме. Побуждение поцеловать его было настолько сильным, что я наклонилась, вымаливая глазами разрешение. Он улыбнулся и кивнул.

Я осторожно подула на шрам. Он имел форму в виде буквы L. "Во имя любви" бесконтрольно подумала я, находясь под воздействием Хейлиума. Я прижалась губами к шраму. Это была узкая дорожка, со временем ставшая жёсткой. Он оставил оттиск на моих губах. Я снова поцеловала его.

Он простонал и начал целовать знакомые мне участки, которые он ранее уже пометил. Мою челюсть, моё горло, мою ключицу.

— Ты хочешь знать ещё один секрет? — прошептал он, касаясь моей кожи.

Я простонала "да".

Он поднёс свой рот к моему уху.

— Ты мне нравишься в этом платье, потому что выглядишь так, словно принадлежишь счастливому времени.

Он развязал бант на спине. Я была слишком потеряна, чтобы найти смысл в его словах, поэтому просто вняла их. Медленно он расстегнул молнию и приспустил платье с моих плеч, обрушив поток поцелуев на них. Сняв полностью с меня платье, он положил его на столешницу. Затем отступил на шаг назад, пристально рассматривая меня. Я полностью осознавала, что свет был включен, но его вчерашние слова до сих пор звучали в моих ушах. "Не прячься от меня". Я боролась со своей скромностью до тех пор, пока он не улыбнулся.

— Ещё секретов, Элиза?

Я кивнула, не имея никакой власти над своею речью.

— Никто не выглядит так, как ты, в моей памяти. И даже ты сама.

Одно его магическое движение и мой бюстгальтер оказался снят. Я мечтала о том, что могу что-то сказать, но единственный звук, который я оказалась способна издать, был вздох. Его губы прижались к моему горлу и стали опускаться всё ниже и ниже, и, наконец, его рот накрыл мой правый сосок. Его язык вырисовывал круги, из поцелуев и покусываний он сплёл узор, который заставил меня трепетать. Я попыталась обхватить его ногами за талию, чтобы ощутить прикосновение его тела, но он раздвинул их так широко, насколько это было возможно, заполнив столешницу по всей длине. Я ощущала себя выставленной на показ, но моя кровь кипела, поэтому меня это совсем не волновало. Медленно два его пальца скользнули внутрь меня. Эффект был молниеносным. Мои бедра качнулись вперёд, требуя углубить. Он прорычал мне в грудь:

— Веди себя хорошо или я не поделюсь с тобой больше никаким секретом.

Он покружил пальцами раз, два. Единственный звук, который я смогла произнести в ответ, был стоном. Мои бедра возбуждённо извивались под его мучительно-медленными, но уверенными пальцами.

— Вот ещё один: мне нравится какая ты на вкус.

Стоя между моих ног, он преклонил колени на пол, подул приносящим удовольствие воздухом на меня и ущипнул моё лоно. Его пальцы всё так же растягивали меня и кружили внутри меня. Всё внутри меня начало дрожать. Почти. Ближе. Ближе.

— Итак, насчёт этого молока, — сказал он, и вылил всё ещё горячее молоко на ложбинку между моими грудями.

Оно воспламеняло мою кожу и стекало одной единственной струйкой вниз по моему телу, между моими ногами, где в ожидании находился его рот, который затем сомкнулся на мне. Тепло молока и давление его рта отправило меня через край. Мгновенно взрывной экстаз накрыл меня. Мои руки обессилили, когда он поглотил последнюю каплю молока, и я тяжело опустилась на столешницу. За закрытыми веками темнота была окутана красноватым туманом. Его имя отражалось в ночи. Я слышала его так, будто находилась под водой.

Когда я пробудилась от перенесённого экстаза, я всё ещё могла ощутить его успокаивающие поцелуи у себя между ног и на внутренней стороне моих бедёр. Я взглянула вниз на него. Его образ был размыт по краям. Он поднялся с колен, улыбаясь, и моё зрение сфокусировалось.

— Не двигайся, ни на дюйм, — приказал он и широкими шагами направился в сторону спальни.

Я несколько раз моргнула, всё ещё испытывая потрясение от его секретов и его прикосновений, когда он вернулся с презервативом и расположился между моих ног.

— Сними мою одежду.

Ох, ну наконец! Я начала было расстёгивать его рубашку, но это требовало так много времени, что рванув, я разорвала её, точно также как он сделал это вчера. Я проигнорировала его смешок, пока расстёгивала молнию на его джинсах и грубо стягивала их вниз по его ногам. Он шагнул из них, полностью затвердевший и мощный. Мои глаза были прикованы к его естеству, но он приподнял мой подбородок, так чтобы я подняла свой взгляд.

— Вновь глаза на меня.

Он приподнял меня со столешницы, прижав ближе к себе, и очень медленно скользнул внутрь. Моё тело начало подстраиваться под него. Точно также неторопливо он вышел и снова вошёл в меня в том же темпе. Его глаза были закрыты, а челюсть сжата в попытке сдержать себя.