Ведьма молчала, понурив голову. Солохе говорить о чудесах столицы вдруг тоже резко расхотелось. Ее терзали внутренние противоречия: с одной стороны ей страсть как хотелось попасть в столицу и собственными глазами увидеть дворец царя, с другой же ей становилось как-то неловко восхищаться и возносить того, кто без зазрения совести может послать своих людей умирать на стройках. Было трудно признать правоту оборотня, но в глубине души Соха осознавала, что все сказанное им — тяжелая правда.

— Что-то мы заговорились, — ведьма резко поднялась, тем самым ненадолго позволив Солохе переключиться на более приземленные мысли. — Пойдемте, покажу ваши спальные места. Вам надо хорошо отдохнуть перед дальней дорогой.

Оборотень и селянка синхронно переглянулись и поднялись. Май предупредительно подхватил Солоху под руку, позволив девушке опереться на него. Она безо всякого стеснения навалилась на оборотня, позволив себе расслабить ушибленную ногу. Селянка с удивлением заметила, что болеть нога практически перестала.

— Спокойной ночи, — шепнула она, аккуратно опустившись на милостиво предложенную кушетку. Постель была чистой и мягкой, моментально нагнав сонливость.

— Спокойной, — буркнул со своей кушетки Май, повернувшись спиной к девушке.

========== Глава 9 Манул на тракте ==========

Утро нового дня выдалось таким же не примечательным, как и в прошлые разы, за исключением одной детали: в это утро Солоха проснулась в доме ведьмы.

Девушка поморщилась, приоткрывая один глаз. Койка напротив уже пустовала, и льющийся из приоткрытого окна свет освещал лишь скомканную, незаправленную постель.

– Долго же ты спала. А вроде не панночка, — появившись в дверях, изрек оборотень. В дневном свете он частично потерял свои колдовские силы. Глаза его приобрели карий оттенок, клыки более не выделялись на общем фоне. Даже волосы его, серебристого оттенка потемнели, приобретя невзрачный мышиный окрас.

— Маменька меня будить привычки не имела, — позевывая, ответила селянка, поднимаясь. Настроение у неё было под стать новому дню — такое же солнечное и ясное. Отдохнувшее тело рвалось в бой, ушибленная нога больше не болела, лишь легонько покалывала не вызывая дискомфорта.

— И очень жаль. Мы пропустили обоз. Ещё неизвестно, когда будет проезжать другой.

— А зачем нам обоз? — искренне удивилась девушка. — Мы и сами можем до Пресного моря дойти.

– Чисто формально - да, можем. Но на самом деле лучше не рисковать. Тракт изобилует разбойниками. Вчера ты могла в этом наглядно убедиться. Нам придётся выходить на Солевой тракт и искать там попутчиков.

— Соляной тракт? — переспросила девушка недоуменно.

— И как ты решила добираться до Столицы, не зная элементарного? — недоумение манула было на удивление искренним. Сама Солоха лишь понурила голову, отлично понимая, что на этот раз манул прав.

— Я думала, дойти до Маковца, а там уже и узнавать дорогу, — прошептала она.

— Маковец находится ещё дальше от основного Соляного тракта, — моментально обломал её Май. — И до туда тоже надо как-то добраться. А оттуда делать громадный крюк, чтобы выйти на основную дорогу.

— И, как же мы будем действовать?

— Сейчас соберемся, и поедем в Каменск, там обычно останавливаются на постой обозы, едущие в столицу.

— Все-то ты знаешь, — ворчливо буркнула Солоха.

— В отличие от тебя я много путешествовал и хорошо знаю Приграничье, — нехотя отозвался Май после небольшой паузы. Мужчина отвернулся, и вышел прочь из комнаты, как бы подтверждая, что разговор закончен. Солоха же так и осталась стоять, проглотив очередной вопрос. Ей ведь действительно было интересно, откуда родом ее новый знакомый, но, судя по реакции оборотня, узнает она это еще очень и очень нескоро.

***

— Возьми, в дороге пригодится, — проговорила Матрена, протягивая девушке небольшой плотный сверточек. В уголках глаз ведьмы блеснули слезы. Утро тоже повлияло на ее чары. Она приняла свой обыкновенный, старушечий облик, предусмотрительно замотав кисти рук бинтами.

— Спасибо, бабуля, — девушка тоже еле удерживалась, чтобы не разрыдаться. Искреннее волнение ведьмы невольно передалось и ей. Уходить было страшно, уходить было больно. Но даже так Солоха от своей мечты отказаться была не в силах. Она осторожно подошла к старушке, приобняв Матрену. Не удержавшись, всхлипнула. Тепло ее рук, такое родное, невольно навевало картины счастливого детства. — За все спасибо!

— Ох, — только и смогла ответить старая ведьма, шмыгнув крючковатым носом. И хотя в их профессии привязанность к людям каралась, Матрена точно знала, что полюбила молоденькую и бойкую девчонку, признав в ней свою преемницу. Старушка искренне и надеялась, что Солоха по-достоинству оценит ее прощальный подарок. Ведьминский дар подсказывал, что встретиться им двоим более не суждено.

Стоящий у калитки оборотень только презрительно фыркал, неодобрительно косясь на прощающихся. Он-то уже успел догадаться, какой подарок вручила простушке из села старая и весьма могущественная ведьма. Правда, радовать свою спутницу этим знанием он не спешил.