— У него вчера ночью на квартире перестрелка произошла, — начал рассказывать подполковник. — Любовницу убили, охранника, сам Базовский налетчика прикончил. Потом позвонил в милицию и сообщил об этом. И знаешь, кого он пристрелил?

— Откуда же мне знать?

— Студента! О котором ты докладывал, что он себя санитаром рынка называет.

— Тут что-то не так, Валентин Владимирович, — откинулся на спинку стула капитан. — Не созрел еще Студент для того, чтобы в одиночку налеты на квартиры делать. Там еще кто-то был… И если уж он с охранником управился, как же он Базовскому подставился? А кто этим делом сейчас занимается?

— Ну, порядок ты знаешь, — потянулся Ларин к пачке с сигаретами. — На чьей территории неприятность, — щелкнул он зажигалкой, — тот и начинает дерьмо разгребать. Закуривай, — подвинул подполковник сигареты ближе к собеседнику.

— Нет, так не пойдет, — качнул головой капитан, машинально беря сигарету. — Это специально сценарий разыгран, не знаю только по чьей задумке.

— Возможно, — согласился Ларин. — Подробностей мы не знаем. А эту новость мне утром дежурный по городу сообщил. Как обычно: на всякий случай всем начальникам райотделов сводку дают. Для ориентации. Может, кто что добавит.

— Я это прекрасно знаю, — поморщился капитан, — не первый год в милиции работаю. И сообщать им что-нибудь — значит передать все дело. Оно им совсем не нужно, а вот Базовский нам… Нет, звоните прокурору города, пусть он распорядится поручить следствие по этому делу нам. Иначе и книг не найдем, и Базовский из рук выскользнет. Тут все намного сложнее, — встал капитан со стула так и не закурив. — Сначала Сизарь зачем-то идет к Студенту, а потом того убивают в квартире Базовского. Кто и за что? Нет, звоните! А я сейчас к этому делу еще и Друяна подпрягу, — пообещал он.

— А с остальными как? — спросил Ларин. — Будем брать?

— Надо брать, — не раздумывая ответил капитан. — Чего еще выжидать? Чтобы их тоже кто-нибудь прихлопнул? Да, — вспомнил капитан, — тех людей, что вы в помощь просили, можно отослать назад. Теперь мы и сами справимся: наблюдение отовсюду снимем, а Базовского без нас задержали.

— Сейчас прокурору позвоню, — потянулся Ларин без особой охоты к телефону.

— Только вот… я одну мелочь упустил: там, кроме милиции, еще служба безопасности почему-то Базовским занялась.

— А она при чем? — опять сел капитан на стул. — Это же уголовное преступление!

— Вот будешь там, спросишь, что их в этом деле интересует, — недовольно ответил подполковник, снимая трубку.

Сергей Викторович, коротая время, пока жена накроет стол к завтраку, достал с полки стеллажа томик Есенина в голубом переплете и, не присаживаясь в кресло, раскрыл его на первой попавшейся странице. Впитывая в себя музыку стихов, он мельком подумал, что подполковник Артамонов занимается, в сущности, не таким уж и пустячным делом, коллекционируя различные литературные казусы. И время для этого как-то выкраивает. «А у меня и речь в последнее время какая-то стала полублатная, полупротокольная», — с досадой захлопнул Друян томик.

— Что-то вас сегодня к классикам потянуло, — заметила Зоя Александровна, садясь с мужем завтракать. — Кирилл еще даже не умывался, а сразу Достоевского листать начал, ты тоже…

— А где он? — только сейчас заметил отсутствие сына Друян.

— Уехал в институт.

— Так рано? — оторвался от еды следователь.

— Я сама удивилась, — стала Зоя Александровна разливать чай по чашкам. — По-моему, ты его вчера здорово озадачил. Даже, кажется, немного напугал.

— Как же, его напугаешь, — иронично отозвался Сергей Викторович. — Надо будет как-то в институт заглянуть, поинтересоваться его успехами.

— Давно пора, Сергей! — перестала жена помешивать ложечкой чай. — Скажи мне откровенно, у тебя на службе неприятности!

— Почему ты так решила? — удивился Друян.

— Ничего я не решила. Просто выпивши ты стал часто приходить и наголо зачем-то обрился.

— Так ты, может, думаешь, что я к тюрьме готовлюсь? — рассмеялся Сергей Викторович. Погладив ладонью шар головы, пояснил: — Тут все проще — лето, жара… И никакой мороки с прической.

— А выпивки тоже от жары? — язвительно спросила жена.

— Ну, выпивки… — отставил Друян пустую чашку. — Это неизбежные издержки производства, — улыбнулся он. — Знаешь, как бывает: внезапно брак идет, а причины никак найти не могут.

— Понятно, — обиженно поджала губы Зоя Александровна, — для просветления ума, значит, пьют. Или чтобы пустоту в извилинах залить. Не пойму только, зачем меня за дуру считать?

Назревавшую семейную ссору прервал телефонный звонок.

— Извини, это, наверное, меня, — поднялся из-за стола Сергей Викторович.