– Что случилось? – тихо спросил Леонид Игоревич.

Этот тихий голос и сочувствие, написанное на лицах обоих подошедших пожилых мужчин, подействовали на парня, он не стал притворяться дальше.

– Дядька, козёл, из дома выгнал, - горестно сказал он. – Велел на работу устраиваться, а кто меня возьмёт, покалеченного.

Только сейчас они заметили, что к скамейке были прислонены костыли.

– А родители где? – тоже тихо спросил Геннадий Николаевич.

– Пропали, - вздохнул парнишка.

– Расскажи, - попросил Леонид Игоревич.

Поглаживая ластящегося к нему Кутьку, парень начал рассказывать. Зовут его Тимур Сароев, отец чеченец, мама русская. Мама из этого Города, познакомилась с отцом, когда он здесь учился в металлургическом техникуме, потом уехали в Чечню. 4 года назад, когда Тимуру было 14 лет, у них в доме прогремел взрыв, половину дома разрушило. Тимуру повредило обе ноги, одну ступню ему ампутировали. Отец после взрыва пропал, мама увезла Тимура сюда. Здесь Тимур окончил 9 классов, в прошлом году поступил в металлургический колледж, где когда-то учился отец. Они жили в четырёхкомнатной квартире вместе с семьёй тёти, маминой сестры. Эта квартира была оставлена бабушкой дочерям. Два месяца назад мама получила письмо от соседки из Чечни. Соседка сообщила, что у неё есть сведения об отце Тимура. Мама уехала, сказала, что ненадолго, но так и не вернулась. Тимур ходил в милицию, но там сказали, что с Чечнёй связываться не будут. А сегодня дядька, муж тёти, сменил замки в дверях, Тимур не смог попасть домой. Когда он позвонил, дядька открыл дверь, выставил чемодан с его вещами и сказал, чтобы Тимур убирался в свою Чечню, а здесь его никто кормить не собирается.

– У меня пенсия маленькая, - пояснил Тимур внимательно слушавшим его мужчинам. – А дядя Степан велел идти милостыню просить. Я сессию за первый курс сдал, а за второй платить не из чего.

– Пойдём, - поднялся со скамейки Леонид Игоревич и взял в руки чемодан Тимура. – С дядькой твоим мы связываться не можем, не тот у нас статус, - пояснил он вопросительно глядевшему на него Тимуру, - а жильём мы с тобой поделимся.

*

Первым «законным» обитателем в подвале стал Юрий Михайлович Лапин. История его жизни была типична для миллионов советских людей. Окончил школу, надо было идти работать, поскольку родители были уже в годах. В армию Юрия не взяли из-за неправильно сросшегося перелома в голеностопном суставе, который он получил в походе в школьные годы. Хорошо, что сосед устроил паренька на завод ёлочных игрушек, где Юрий и проработал 33 года, пока завод не закрыли из-за банкротства – не выдержал конкуренции с потоком дешёвых товаров из Китая. Все эти 33 года, в отличие от знаменитого Ильи Муромца, Юрий Михайлович не сидел на месте. Хотя надо было содержать семью и об учёбе в техникуме или институте пока не приходилось думать по той причине, что училась жена, а Юрий Михайлович помогал водиться с её дочерями от первого мужа, но книги были в его распоряжении, так что он учился сам. Когда дочки подросли, Юрий даже закончил заочно техникум, получив диплом «техник-механик». Дочки рано вышли замуж и уехали из родного Города. С женой у Юрия Михайловича не сложилась душевная близость, она была женщина рациональная, мужа не любила и не разделяла его интересов. Когда они получали квартиру в этом доме, жена предложила приватизировать квартиру на неё одну. Она вроде бы в шутку сказала мужу, что женщины живут дольше мужчин, так зачем ей в старости возиться ещё с оформлением наследства. Юрий Михайлович рассмеялся и согласился. Когда в 2005 году он потерял работу, то попытался найти новую в родном городе, но не получилось. Несмотря на то, что Юрий Михайлович самоучкой освоил и компьютеры, и другую электронику (жильцы всего дома обращались за ремонтом только к нему), но не было «бумажки», подтверждающей его знания, поэтому на работу его не брали. Жена подсказала – устроиться на работу вахтовым методом в Сибири. Юрий Михайлович отработал полгода, собрался вернуться домой, но жена написала, уговорила остаться в Сибири ещё на полгода, а потом уже отдыхать. Когда он вернулся домой, в квартире жили чужие люди. Жена продала квартиру и уехала в неизвестном направлении. С их общей сберкнижки, куда ему перечисляли заработанное, тоже исчезли все деньги. В милиции отказались её разыскивать, так как она за этот год успела оформить развод с мужем. Юрий Михайлович звонил дочерям – обе сказали, что о матери ничего не знают, и обе отказались принять у себя бездомного отца – мужья-де не согласны. Соседи сочувствовали попавшему в беду человеку. Кто-то из них предложил ему собрать подписи жильцов подъезда, что они не возражают, чтобы Юрий Михайлович поселился в подвале дома, взяв обязательство поддерживать там порядок. В подвале в это время уже ночевали бездомные Леонид Игоревич, Геннадий Николаевич и Тимур.

Участковый дал добро, когда соседи подписали своё согласие, и Юрий Михайлович организовал остальных для придания подвалу приличного вида. Отгородили помещение собранными на свалке материалами, установили унитаз, раковину. Сообща зарабатывали деньги, ежемесячно платили по счётчикам за свет и воду. У Леонида Игоревича были прочные связи на городской свалке, куда обитатели подвала отправлялись каждый день с утра, как на работу. Они добывали там не только продукты на пропитание себе, но и выбирали кое-что на продажу. У них появилась мечта – накопить денег на покупку участка за городом и построить там дом для себя.

*

Решили других бездомных, по возможности, не принимать. Во-первых, подвал не резиновый, во-вторых, не стоит связываться с незнакомыми людьми. Пока они четверо живут дружно, доверяют друг другу, вот и не стоит рисковать. Правда, Леонид Игоревич сразу предупредил, что ожидает осенью приезда очень хорошего человека, с которым подружился в колонии, и которому просто не повезло в жизни – потерял всё. А человек порядочный, даже колония его не сломала. В общем, приезд Семёна Андреевича Захарова не был для всех неожиданным.

Семён был инженером-дорожником по специальности. В 90-е годы жена уговорила его открыть свой бизнес – перевозки. Хорошо зарабатывали, бухгалтерию вела жена. Жили в 2-хкомнатной квартире, которая досталась Семёну от родителей. Купили новую квартиру, 4-хкомнатную, на имя жены. В 1998 году грянул гром – Семёна отдали под суд за неуплату налогов. Присудили восемь лет колонии с конфискацией имущества, отобрали двухкомнатную квартиру. На следствии он узнал, что жена давно развелась с ним. Пока он мотался по городам, устанавливая деловые связи, жена его подала на развод и прятала от него повестки в суд, сообщая судье, что муж развод не даёт и повестки рвёт. По истечении определённого срока их развели. Квартира новая была оформлена на жену, и не было никаких документов, что она вела бухгалтерию в компании Семёна. Ещё до суда она снова вышла замуж, на этот раз за директора рынка, а на суде проходила, как свидетельница, утверждая, что ничего не знала о деятельности бывшего мужа. Оглушённый всем на него свалившимся, Семён не оправдывался и не признавал себя виновным – он просто молчал.

За это ему и «впаяли» колонию с конфискацией. В колонии он работал в столярных мастерских, увлёкся, изучил плотницкое и столярное дело. А когда вышел на волю, пришлось стать бомжем. Хорошо, что в колонии подружился с Леонидом Игоревичем, договорились встретиться в Городе после освобождения Семёна. Семён тоже включился в «бизнес» со свалкой.

Новый товарищ всем понравился, так что возражений на то, что Семён будет жить с ними, не последовало. Зато пришлось-таки просто занять оборону от многих желающих присоединиться к ним в подвале. Хорошо, что участковый продолжал их поддерживать, да и жители дома были довольны, что обитатели подвала вели себя тихо, пьянок не устраивали, грязь не разводили. По-прежнему весь дом обращался к Юрию Михайловичу насчёт ремонта бытовой техники, в основном электроники. Часто он даже не выходил на работу на свалке, что остальные трое (потом четверо) принимали с пониманием. А вот шестого обитателя их подвала и будущего участника строительства собственного жилья и предложил Юрий Михайлович.