Она долго смотрела на меня…

Ты меня… Не тронешь? – Спросила она.

Если бы я хотел что-либо сделать, то сделал бы это уже давно. – Сказал я. – Я ведь тебе уже сказал, что ничего не сделаю.

Она ещё какое-то время смотрела на меня, прежде чем медленно начала подниматься.

Ай! – Крикнула она, упав обратно, облокотившись о стену.

Я посмотрел на её левую ногу…

На ней живого места нет.

Я подошёл ближе и протянул руку.

Посмотрев на неё, я сказал:

Разрешишь? – Спросил я.

Опять буравящий взгляд и лёгкий кивок.

Я дотронулся до её ноги указательным пальцем и использовал исцеление.

После яркой вспышки света, её нога вновь была гладкой, светлой и чистой, ни следа от синяков...

Ах. – Слегка вздохнула она от облегчения, посматривая на свою ногу.

Медленно она протянула руку и коснулась своей ноги, где секунды назад была куча синяков.

Я проделал ту же операцию со всеми участками её тела.

Ну вот, теперь всё хорошо? – Спросил я.

Она встала, пошагала туда-сюда и повернулась ко мне.

Да! – Улыбнулась она.

Ну вот, а теперь пошли. – С улыбкой на лице, потрепал я её голову.

После этого, она резко заурчала, мягкая улыбочка появилась на её лице.

Я развеял пепел, который перекрывал все выходы и входы, после чего, я, ведя девочку-кошку, направился на улицы города.

Как вас зовут? – Спросил она.

Эдер. – Коротко ответил я, улыбаясь.

Юнис. – Сказал она.

Юнис? Красивое имя. – Посмеялся я. – Юнис, как случилось так, что ты оказалась на улице? Да ещё и избитая до полусмерти?

Ах? –Удивилась она. – Два года назад, мои родители отдали меня работорговцам...

На ходу она мне рассказала о своей жизни за последние два года.

Оказалось, что её родители отдали её в рабство для того, чтобы получить деньги для проживания.

Я удивлялся, неужели они пошли на такое…

Она ответила, что родители никогда особо хорошо к ней не относились, особенно в последние годы.

В итоге, когда денег уже не было, они просто взяли и продали её работорговцам за двадцать золотых.

Кстати, здесь также используются золотые монеты, я был удивлён, но не стал спрашивать об этом…

Позже узнаю.

В общем, после того, как её передали работорговцам, то ей сразу же привязали к телеге с рабами в клетке.

Места не было, так что ей приходилось плестись позади…

В какой-то момент верёвка сама собой развязалась и она смогла убежать.

Никто этого даже не заметил…

В итоге она жила на улице целых два года.

Иногда люди просто подходили и избивали её, ни за что, просто так…

Кто-то старался отобрать у неё еду, которую она собирала на помойках.

Ей приходилось даже воровать, но иногда ничего не получалось и она опять выдерживала побои…

В итоге, вчера, получилось так, что её избили до такого состояния, в котором она не могла ступать на левую ногу.

Думаю, она была сломана.

В итоге она просто позабыла о родителях, забыла о том, что они у неё есть, а если и вспоминала, то проклинала их за то, что они с ней сделали.

Я спросил, сколько ей лет.

Шестнадцать. – Ответила она.

Я был удивлён…

Шестнадцать лет а такая… Маленькая…

Она ответила, что малый рост – особенность их расы.

Кстати, она – ламит, получеловек и полукошка.

Они не имеют истинной формы, как фериры, но обладают более чутким восприятием.

Почему ты так охотно со мной разговариваешь, мы познакомились не более часа назад. – Сказал я.

Вы… Хорошо ко мне относитесь. – Сказала она после долгого молчания.

Ха? И что, это так невероятно? – Спросил я.

Нашу расу недолюбливают даже полулюди, а любви родителей я почти никогда не ощущала. Ваше отношение ко мне – что-то новое для меня. – Объяснила она.

Вот как. – Сказал я.

Кстати, это всё, видимо, не ложь, так как ничего не произошло.

Я задумался, а работает ли умение?

Юнис. – Сказал я.

Да? – Спросила она.

Скажи какую-нибудь ложь. – Попросил я.

Вы мне не нравитесь. – Недолго подумав, сказала она.