Отрицательным результатом свирепствующей стихии стал не только испуг Грэга Фишвика, но и прекращение подачи электричества на его улице. Мужчина столкнулся с неудобствами, связанными с поломкой, когда подошёл к лифту с несколькими пакетами из магазина и понял, что подниматься на свой этаж сегодня придётся пешком. Должно быть, резкий перепад напряжения каким-то образом вывел из строя резервный генератор.

– Отлично! – он окинул безжизненные створки критическим взглядом и покорно ступил на лестницу. Впереди его ожидали шесть этажей непрерывного подъёма с финишем на седьмом, а вес пакетов значительно усложнял поставленную задачу.

Из кармана раздался телефонный звонок.

– Грэг, ты в порядке? – поинтересовалась Кейси. – Ты так долго не перезванивал. Я начала волноваться, не случилось ли с тобой что-нибудь.

– Я в полном порядке, чего не сказал бы о лифте, – произнёс мужчина.

– В чём дело?

– Электричество отсутствует, – Грэг счёл лишним упоминание о том, что обрыв произошёл на его глазах и в опасной близости от его машины.

– Это из-за ужасной погоды, – сделала вывод девушка. – За окном такой сильный ветер.

– Обо мне можешь не беспокоиться. Скоро буду дома.

Кейси успокоилась и попрощалась с Грэгом. Она и не подозревала, что словам писателя в этот пасмурный вечер не суждено было сбыться.

Грэг не мог похвастаться особыми физическими достижениями. В школе, по его собственному признанию, из-за плотной комплекции его дразнили Пузом, и он ненавидел уроки физкультуры так же, как и визиты к зубному врачу. Он с трудом переносил насмешки школьников, когда мистер Четмэн заставлял класс бегать. Живот будущего писателя сотрясался так, что случайные зрители хохотали до слёз при виде подобного зрелища.

– Эй, взгляните на его брюхо! – кричали ему вслед.

– Берегись, Пузо бежит! – насмешливо предостерегали шутники.

Позже Грэг пошёл на хитрость и достал поддельную справку, запрещающую ему заниматься интенсивными физическими упражнениями. Мистер Четмэн отнёсся к документу с большим подозрением, но всё-таки позволил мальчику спокойно сидеть в стороне и не участвовать в изнурительных для него испытаниях.

Теперь писатель заметно похудел, но по-прежнему не отличался серьёзной физической подготовкой. Уже через три лестничных пролёта он почувствовал невыносимую усталость. У него даже появилась идея оставить часть покупок внизу, другую часть отнести в квартиру, а потом ещё раз спуститься вниз за тем, что останется. Но из-за отсутствия электроэнергии подъезд выглядел слишком тёмным, и возвращаться сюда снова желания не возникало. Мужчина шёл практически на ощупь, боясь зацепиться ногой за ступеньку и упасть вместе с пакетами.

Где-то снаружи яростно выл ветер, укутывая город колючим снегом.

«Давай, Пузо! – разозлился на себя за собственную слабость писатель. – Только и можешь, что писать книжки».

Он преодолел очередной лестничный пролёт и почувствовал, что задыхается. Грудь сжалась, как будто её стянуло огромными тисками. Грэг выпустил пакеты из рук и остановился, чтобы перевести дыхание, но боль не прекращалась.

«Что со мной?» – испугался мужчина. Стоя в темноте, он не мог избавиться от усиливающегося страха, наползающего на него изо всех уголков погружённого во мрак подъезда. Перед глазами заплясали красные бесформенные пятна.

– Помогите, – простонал Грэг Фишвик, медленно сползая по стене, но никто не услышал призыва прославленного автора романов ужасов.

Танец красных пятен превратился в неистовую вакханалию, полностью застилая меркнущий взор мужчины, а в ушах раздались громогласные удары парового молота – отчаянный стук трепещущего сердца.

Грэг осел на ступеньки и в условиях плохой освещённости стал похож на бездомного бродягу, который спрятался здесь, чтобы проспаться после очередной попойки. Один из пакетов свалился набок, и из него выпала банка кошачьих консервов. С характерным жестяным стуком она покатилась вниз и преодолела достаточное расстояние, прежде чем утратила равновесие и остановилась.

А в небе по-прежнему продолжалась бесконечная снежная буря.

– Мистер Фишвик, как вы себя чувствуете? – Грэгу показалось, что голос донёсся до него с другой планеты. Он приоткрыл глаза, и его зрительные нервы зафиксировали почти невыносимое обилие света. Возможно, данный эффект возник по той простой причине, что он провёл какое-то время в кромешной темноте.

– Мистер Фишвик? – кто-то снова постарался привлечь его внимание. Мужчина осторожно повернул голову и обнаружил перед собой лицо человека лет пятидесяти. – Вы меня слышите?

– Да, что со мной случилось? – слабым голосом спросил писатель.

– В подъезде вам стало плохо. Мы должны провести ряд тестов и серию анализов, чтобы разобраться с этим.

– Как я попал сюда?

– Ваш сосед обнаружил вас лежащим на лестнице и поспешно доставил сюда. Он сказал, что вы известный писатель.

– Это явное преувеличение, – улыбнулся Грэг и предпринял попытку приподняться.

– Нет-нет, мистер Фишвик, вы должны оставаться на месте! – возразил врач, преграждая дорогу, словно решил упредить падение годовалого ребёнка, едва освоившего навыки ходьбы.