«О, перестань», — подумала Вики. Кончики платка щекотали ей шею. Казалось, рука Джоша повисла в воздухе; Тед просто над ним издевался. Но затем Тед демонстративно поставил свое пиво, сделал шаг вперед и пожал Джошу руку так сильно, что тот смутился.

— И я о тебе, дружище, — сказал Тед. — И я о тебе. Особенно от этого парня, — Тед указал на Блейна. — Он постоянно рассказывает о тебе с огромным восторгом. А моя жена! Я очень благодарен за то, что ты заменяешь меня в мое отсутствие.

В голосе Теда послышался сарказм. Говорил ли он искренне? Вики внезапно обрадовалась тому, что прогуляла химиотерапию; она чувствовала себя лучше, чем до этого. Она вошла в гостиную.

— Это правда, — сказала Вики, — без Джоша мы уже пропали бы.

— Как я, — сказал Блейн. — Помните, как я потерялся на пляже?

Вики взглянула на Мелани, которая покраснела и уставилась в пол.

— Точно, — согласилась Вики. Она почувствовала тревогу, когда увидела, что Тед продолжает пристально разглядывать Джоша. — Кто-нибудь захватил футболки для ребят?

Через двадцать минут, сидя в третьем ряду между кресел Блейна и Портера, Джош тоже чувствовал себя ребенком и ругал себя за то, что не попросил оплатить ему этот день. Это определенно была работа — Джош никогда не захотел бы так провести уик-энд. И еще это было странно — доехать на машине Стоу до Мадакета и затем остановиться у егерской станции на мысе Смита. Парень, работавший там, — его звали Аарон Генри — окончил школу на год позже Джоша, и при любых других обстоятельствах Джош поздоровался бы с ним, спросил, как ему работается, и пошутил по поводу его формы. Но сегодня Джош был рад, что у машины тонированные стекла; он не хотел, чтобы Аарон его увидел, потому что не знал, как объяснить, кто эти люди и что он с ними здесь делает.

Тед и Вики сидели впереди. Тед казался парнем, который мог быть бесконечно очаровательным, когда он этого хотел, но это зависело от того, с кем он общался. Джошу куда больше нравился тот тип людей, к которому принадлежал его отец. Тома Флинна никак нельзя было назвать легким в общении человеком, но по крайней мере Джош всегда знал, чего от него ожидать.

На среднем сиденье, уставившись в окно, расположилась Бренда, а Мелани сидела вполоборота, так, чтобы иметь возможность разговаривать с Джошем. Ее грудь увеличилась, и Мелани стала носить топы на бретельках, облегавшие ее бюст и свободно ниспадавшие на живот, который все еще был плоским как блин.

— Ты ведь вырос здесь, — сказала она. — Должно быть, постоянно этим занимаешься — ешь лобстеров на пляже.

— Не то чтобы постоянно, — ответил Джош. Том Флинн не был большим поклонником пикников на пляже. Они ходили на пикники раньше, когда жива была мать Джоша, — его родители и куча их друзей каждый выходной ездили в Иль-Пойнт. Там было двадцать-тридцать детей, игры с мячом, барбекю на углях, гамбургеры и хот-доги. Казалось, матери Джоша очень нравилось такое времяпрепровождение — она сидела в кресле, подставив лицо солнцу, отплывала далеко от берега, помогала Джошу и другим детям собирать крабов, а иногда даже играла с ними в мяч. В пять часов вечера она доставала из переносного холодильника бутылку белого вина и наливала себе немного в пластиковый стаканчик. Каждую неделю она настаивала на том, чтобы они не уходили до заката. «Мы должны наслаждаться солнцем, — говорила она. — Пока не пришла зима».

— Вы умеете ездить по пляжу? — спросила Мелани. — Я бы застряла.

— Умею, — сказал Джош. Он снижал давление в шинах и переключал джип на полный привод — в большинстве случаев этого было достаточно. — Сказываются годы пляжных вечеринок.

— Звучит заманчиво, — сказала Мелани и улыбнулась ему какой-то загадочной улыбкой. Джош почувствовал, что краснеет, и посмотрел на детей. Портер уже спал и пускал слюнки, а у Блейна было то отрешенное выражение лица, которое обычно появлялось у него перед сном. Так они точно ничего не запомнят.

Джош немного успокоился, когда Мелани отвернулась. Тед дал газу и преодолел большую бугристую дюну. Машина кренилась и тряслась; вдруг все резко наклонились вперед, а Джош просто выпрыгнул из своего сиденья. Мелани одной рукой схватилась за переднее сиденье, которое занимала Вики, а другой вцепилась в свое.

— Держитесь! — весело крикнул Тед, словно ковбой.

Джош покачал головой. «Туристы, — подумал он, — люди, приезжающие на лето». Поделом было бы Теду, если бы он сейчас застрял в песке и ему пришлось бы просить Джоша спасти его задницу. Но потом Джош вспомнил, что этот пикник был организован для Вики, и увидел, что она улыбается. Тед несся по гладкой тыльной стороне дюны к пляжу, где мудро поставил «юкон» на уже утоптанном пространстве. Мелани обернулась и улыбнулась Джошу.

— Посмотри на воду, — сказала она. — Я ужасно хочу окунуться. Пойдешь со мной?

— О, я не взял плавки, — ответил Джош.

— Кому нужны плавки? — сказала Мелани и засмеялась.

— Правильно, — согласился Джош и посмотрел на Бренду, но она по-прежнему задумчиво смотрела в окно. У него закралось подозрение, что он был приглашен на этот пикник в качестве кавалера для Мелани. Может, так считал Тед? Может, это и было причиной его холодности? Мелани прилипла к Джошу, словно жвачка к подошве ботинка; он был в безвыходном положении, зажатый на заднем сиденье между двумя детьми.

Мелани, должно быть, почувствовала, что ему неловко, потому что сказала:

— Прости, что надоедаю тебе. — Ее лицо снова приняло сосредоточенное выражение, как тогда, когда Джош впервые увидел ее, спускавшуюся по трапу. Это выражение сбило Джоша с толку. Оно напомнило ему о том, что муж бросил Мелани, хотя она была беременна. Джош захотел ей помочь, подбодрить ее. Она была милой и очень красивой женщиной, но он не хотел, чтобы кто-нибудь подумал…

— Ты мне совсем не надоедаешь, — сказал Джош. — Я просто голоден.