Под небом голубым

Это история о любви, и о тех препятствиях, которые стоят на пути мужчины и женщины к счастью. В постановке есть три дуэта. На протяжении всего спектакля они пытаются выяснить отношения, пытаются понять природу связывающих их чувств. Все они работают учителями в одной из английских школ. За исключением этого у них мало общего. Ник и Хелен могли бы стать парой, но решили быть друзьями. Ник не знает, способен ли он полюбить Хелен, неуравновешенную истеричку. Неудачник Грэм, жалкий тридцатилетний девственник, безумно влюбился в развратную математичку Мишель, но она боготворит Ника, а его презирает и постоянно унижает. Роберт и Анна, более опытные возлюбленные, они будто созданы друг для друга. Но и здесь подстерегает неудача, ведь ей 58, а ему – меньше на целых двадцать лет. Он умело скрывает свои чувства под маской легкомысленного позера, на самом деле же - совершенно по-рыцарски влюблен. Пьеса очень хорошо сделана, не зря она отмечена несколькими наградами. Все те зацепки, которые были обозначены в первой части спектакля, сработают в третьей, а судьба первой пары прояснится в диалогах последней.

Under the Blue Sky by David Eldridge (2000)

Действующие лица

Ник, 28 лет

Хелен, 27 лет

Мишель, 38 лет

Грэм, 36 лет

Анна, 58 лет

Роберт, 42 года

Места действия: Лейтон, восточный район Лондона; Хорнчерч, Эссекс; Тивертон, Девон

Обстановка: Кухня и гостиная, спальня и патио в саду у коттеджа

Время: Февраль 1996 г., май 1997 г. и август 1998 г.

Примечания: Пьеса идет без антрактов

Сара. Ты хоть знаешь, что такое настоящее чувство? Ты знаешь, что значит любовь.

Дэвид. Ну-у…

Сара. Или ты просто кусок дерьма, который умеет говорить о чувствах?

Уоллес Шоун. Мысль в трёх частях. (1997)

История учит нас, что возможно, а что невозможно, и имеет глупую привычку повторяться. Прошлое — ключ к пониманию настоящего и позволяет понять, насколько реалистичны наши замыслы.

Питер Тейлор. Provos: Love IRA & Sinn Fein (1998) Крессида Но, может быть, С тобой сейчас, царевич, я хитрила, Чтоб выведать все помыслы твои, Узнать — разумен ты или безумен: Ведь быть разумным и влюбленным трудно; Ведь даже боги любят безрассудно! Шекспир Троил и Крессида (1603), перевод Т.Гнедич

Двое полицейских вышли из машины и остановили движение. Фары машины отражалиь в брусчатке, а двое горнистов из Ипрской пожарной команды вышли вперед и начали исполнять музыку, которая разносилась по всей округе, и забыть ее было невозможно. Каждый британский школьник должен приехать во Фландрию, услышать эту мелодию и понять — какой ценой достался мир.

Джон Суини. Газета «Observer» от 7 ноября 1999

Алан. … Я себе не верю. Ты мне не веришь. Мне никто не верит, кроме ребенка. Странно, да?

Роберт Холман. «Тихо шумим» (1987)

Когда гаснет свет в зале, раздается оглушительный грохот разорвавшейся бомбы, слышится вой полицейских сирен.

Февраль 1996 года. Кухня и гостиная. Квартира в Лейтоне, восточная часть Лондона. 7 часов вечера.

Ник размельчает головку чеснока в давилке, затем высыпает содержимое на сковородку. Потом чистит и режет крупную луковицу очень большим ножом.

Нику 28 лет.

Короткая пауза.

Входит Хелен. В руках бокал красного вина.

Хелен 27 лет, наряд ей очень к лицу.

Хелен: Перемирие закончилось.

Ник: Бомбу взорвали, что ли?

Хелен: Ага. Как раз показывают.

Ник: Где?

Хелен: Разнесли район Доклендс. Кэнери Уорф, кажется.

Ник: А ты подумала, это гром?

Хелен: Тебе помочь?

Ник высыпает лук на сковородку

Ник: Можешь зеленый перец порезать.

Хелен ставит бокал и берет нож, которым пользовался Ник. Начинает чистить перец.

Ник: Спасибо.

Ник добавляет к луку с чесноком оливковое масло и включает газ. Начинает мешать содержимое деревянной ложкой.

Хелен: Тебе очень идет такая короткая стрижка.

Ник: Спасибо.

Ник смотрит, как Хелен режет перец. Наливает себе бокал красного вина

Недавно купила?

Хелен: Ага. Нравится? В «Принциплз» купила.

Ник: Да. Очень идет.

Хелен улыбается Нику.

Хелен: Это класть?

Ник: Пока нет.

Он делает глоток. Лук и чеснок начинают шипеть.

Ник: Я так и знал, что это бомба. Стены задрожали. Правда?

Хелен: А мне страшно представить, что мы были так близко.