Вождь недавно продрал глаза и занимался ежедневным менеджментом своего племени, энергично распределяя людей на участки. Нужды в этом особо не было, так как занятия каждого давно определены, но Тыкто не мог не командовать. Иначе какой ты вождь?..

Увидев меня, он отвлекся от руководства, и племя спокойно разошлось по своим делам.

– Я хочу поговорить про Пхо, – начал я с места в карьер, – она брала деньги в долг у Цака. И я, кажется, понял, зачем.

Тыкто сразу погрустнел.

– То есть ты теперь знаешь?

Я не поверил своим ушам.

– Так ты тоже знал?!

Тыкто виновато опустил глаза.

– Да, это была моя идея.

Это было за гранью моего понимания. Не понимая, что делать, я просто стоял и смотрел на дикаря. Был бы пистолет — я бы немедленно застрелился. Но пистолета не было. Лишь кинжал, болтавшийся на поясе у Тыкто, беззаботно подмигивал солнечным зайчиком.

Глава 56

– Но сейчас уже неважно, – продолжил он и, немного помолчав, добавил: – Лии уже нет.

– Зачем? – только и смог выдавить я из себя. – Зачем?!

Тыкто пожал плечами.

– Мы хотели сделать подарок. Тебе и Лии. Одежду из шкуры козы. У Ыкаты жены хорошо сделают, но чатлов было мало. Пхо пошла просить Цака помочь.

Я слушал эти короткие, как еврейские телеграммы, объяснения. И осознание того, как сильно я мог ошибиться, медленно проникало в мой мозг.

– А когда налоги стали собирать — чатлы снова появились. Цаку отдали.

– Апачи же не берут деньги, – пробормотал я, все еще не веря в такое простое оправдание.

– Берут, только не говорят Геку. Потом на ярмарке тратят.

Со стороны моего дома к нам быстро приближалась Пхо.

– Мой нож пропал, – сказала она, – мясо резать нечем. Вчера спрятала в шкурах, сейчас там нет. Украли...

На глаза наворачивались слезы. Мне хотелось обнять всех и попросить прощения за черные мысли. Сдержался. Проглотив большой ком, я успокоил свою домработницу.

– Это я взял нож. Не переживай. Верну.

И уже по пути в дом, обернувшись, добавил:

– Спасибо.

Тыкто стоял рядом с Пхо, так и не поняв, за что их благодарят.

Субботним вечером вернулся Ахомит с отрядом. На плечах они тащили четырех ослиц. Взъерошенный и чумазый воин выглядел невероятно довольным.

– Смотри, какие гоцэ! – закричал он, увидев меня, и похлопал рукой по ослиной шее. Животное устало мотнуло головой.

Версия с Ахомитом рассыпалась на глазах. Задав несколько вопросов в присутствии Тыкто и Быка, я выяснил, что Ахомит даже не слышал о смерти Лии, уйдя из лагеря буквально за час до убийства. Трагедия его страшно расстроила: он хорошо знал ее семью и, несмотря на то, что был крупнейшим налогоплательщиком и отдавал Лие огромные суммы, радовался за девочку, лихо взбирающуюся по карьерной лестнице.

Объяснив, что украдено около пятнадцати тысяч чатлов, и в отсутствие Ахомита подозрение ожидаемо пало на него, я пообещал отремонтировать дверь. Туземец понимающе кивал. Дело серьезное.

Итак, за один день я растерял всех подозреваемых. С одной стороны, нужно было радоваться — близкие люди оказались чисты. С другой — убийца гулял на свободе и, наверное, жил в племени. Тотальный обыск? Только если преступник оказался полным идиотом и спрятал деньги в шалаше под шкурой. Нужно придумать что-то другое.

Время шло. Гробница была почти закончена, и на завтра, вместо ожидаемой свадьбы, я запланировал похороны. Прощание, на которое, возможно, придет убийца. Это раздирало меня изнутри. Нет ни подозреваемого, ни орудия убийства, ни каких-то зацепок.

Со свинцовой гирей на душе я заснул. Проснувшись, убедился, что гиря никуда не делась. День нужно просто прожить, завершив свои скорбные дела. К полудню на ярмарку стали собираться жители соседних племен. Надо отдать им должное — их лица несли на себе печаль, хотя смерть чужого человека, как правило, не трогала дикарей.

После обеда ко мне подошел Том. Извинившись, что отвлекает в этот печальный день, он спросил — сколько должен стоить кинжал, если изготовить новый?

– Зачем тебе? – отрешенно поинтересовался я.

– Чук хочет себе заказать.

– У него же есть один. Потерял?

– Не знаю, – ответил молодой кузнец, – пришел сейчас, спросил.

Мне было совсем не до вычислений, но Чук редко появлялся у нас, и просьбу нужно было уважить. Я решил сам с ним поговорить.

Найдя вождя команчей у кузницы, я поинтересовался, что случилось с тем кинжалом, что ему подарили.