– Но так получается, сама не знаю как. Я хочу спросить: если мы были хорошими друзьями, почему ты ушел, почему покинул меня?

Гэбриел вздрогнул. С моих губ сорвался вопрос, которого он очень боялся. Пока он подбирал слова, в сад вошел Джона.

– Привет, Чесси! Ты уже на ногах! – воскликнул он несколько удивленно.

Судя по выражению лица Гэбриела, он был недоволен, что вампир пробовал мою кровь. Однако кивнул головой и поздоровался с ним.

– Да, мне гораздо лучше, – ответила я. – А ты как?

– В порядке. – Джона казался совсем не таким наглым, как при нашей первой встрече.

Я встала, и они оба шагнули ко мне.

– Я тебе помогу, – сказал Джона и подхватил меня на руки, как пушинку. – Тебе нужно беречь силы.

Я оказалась в крепких, надежных объятиях.

– Джона, опусти ее. Она поправляется и может ходить сама. – В голосе Гэбриела не осталось и следа той мягкости, с которой он обращался ко мне.

Явно расстроившись, Джона поставил меня на землю.

– Франческа, ты можешь принять теплую ванну и переодеться, – предложил Гэбриел. – Брук подберет тебе что-нибудь из своего гардероба: у вас наверняка один и тот же размер.

У меня оставалась еще масса вопросов, поэтому я бросила на Гэбриела сердитый взгляд.

– Мы продолжим, когда ты будешь готова. А пока я должен поговорить с Джоной. Он восстанавливал силы, и мы долго не виделись, – сообщил он, кивнув.

«Восстанавливал силы» – значит «пил кровь»? Удрученная этой мыслью, я побрела в комнату, в которой спала, и включила горячую воду в прилегающей к ней ванной.

На бортике широкой и глубокой ванны кто-то заботливо оставил морскую соль, и я не удержалась – добавила ее в воду. Цепочку с шеи я предусмотрительно сняла и положила на столик.

Раздевшись, я пальцем ноги осторожно попробовала воду и чуть не подпрыгнула – в таком кипятке и свариться недолго. Глубоко вдохнув, я предприняла вторую отчаянную попытку и на этот раз медленно погрузилась в ванну. Сняла резинку с перемазанных кровью волос, и длинные пряди свободно поплыли по поверхности.

Я с головой опустилась под воду и не выныривала, пока дыхание не закончилось. Яростно намыливаясь, я словно пыталась смыть с себя все переживания последних дней. Поднявшись, вслепую нащупала белое хлопковое полотенце – ванная наполнилась паром, из-за которого почти ничего не было видно.

Мне невыносимо хотелось вернуться к Гэбриелу. Меня тянуло к нему с необъяснимой силой, а из множества вопросов, которые я собиралась задать, по-настоящему интересовал ответ лишь на один: любит ли он меня. Смешное желание, если разобраться. Такие, как он, не любят таких, как я. Он исключительный, а я – обычная. Но я знаю его лицо, его запах, помню, как он смотрел на меня раньше, в другой жизни. Стоило мен прикрыть глаза, как в памяти всплывала его улыбка. Как же он красив…

Я вытерлась насухо и завернулась в огромное пушистое полотенце. Войдя в комнату, я увидела, что здесь кто-то похлопотал: через зеркало на туалетном столике был перекинут топ из плотного шелка в лиловых и красных розах на тоненьких бретельках. Рядом на плечиках висел вязаный кардиган на случай, если я вдруг замерзну. На стуле обнаружились узкие черные джинсы и сапоги на шпильках. Я нашла даже косметичку, расческу и несколько заколок. Улыбнулась. Обо мне так давно никто не заботился.

Я принялась примерять вещи. Они оказались тесноваты: несмотря на худобу, моя фигура все же напоминала песочные часы. Но в целом Гэбриел был прав: мы с Брук – хозяйкой одежды – носили похожий размер. Сапоги выглядели сногсшибательно, но такой высокий каблук меня, признаться, пугал, поэтому я предпочла надеть свои разношенные туфли. Приподняв волосы, я закрепила их заколками и оставила свободно спадать по спине, а несколько прядей выпустила, чтобы они обрамляли лицо. С косметикой было несколько сложнее – краситься я не привыкла, но, решив не обижать заботливую хозяйку, мазнула румянами по скулам и воспользовалась тушью для ресниц.

Из зеркала на меня смотрела незнакомка. Я всегда предпочитала спортивную одежду, а весь уход за лицом сводился к умыванию. Отражение смутило меня. Мешковатые джинсы и туфли на плоской подошве позволяли держаться в тени: люди просто меня не замечали.

А носить одежду, какая была на мне сейчас, я не умела и боялась, что выгляжу нелепо. Закрыв глаза и переведя дыхание, я покачала головой: хватит забивать голову глупостями. Я нисколько не хуже других и тоже могу выглядеть хорошо. К двери я направилась уверенной походкой.

Пора вернуться к разговору с Гэбриелом.

На лестничной площадке были слышны раздраженные голоса Джоны и Гэбриела, стоявших у входа в кухню. Они явно о чем-то спорили, поэтому я замерла в нерешительности.

– …почувствовал прилив силы, какой у меня раньше никогда не было. Да я их раскидал, как беспомощных котят.

– Тебя держали голодным? Сделали что-то особенное, чтобы вызвать такую реакцию? – поспешно спросил Гэбриел.