Даша не смогла бы ему ответить, даже если бы хотела. Она часто дышала, словно после бега на большую дистанцию, щеки ее раскраснелись и в голове стало абсолютно пусто. Руки и ноги были ватными, а в ушах стоял легкий звон. Вот что значит поцелуй!

Они медленно пошли к ее дому. У двери Милан легко и быстро поцеловал ее и сказал, что завтра постарается встретить ее после школы. Даша смущенно кивнула и провожала его взглядом ,пока он не скрылся за углом… За тем углом ,где пышным цветом цвела старая абрикоса.

Прозвенел звонок с последнего урока. Даше не терпелось поскорее выйти из школы. Милан прислал ей смс-ку, что ждет ее у крыльца. Она собрала учебники в рюкзак и побежала вприпрыжку по лестнице.

Он стоял под раскидистой акацией, сжимая в пальцах розу. Ее губы дрогнули в улыбке – этот жест должен был всем рассказать о том, что они встречаются. Он не будет ее стыдиться .

Даша подошла к нему чуть быстрее, чем хотела, и робко запрокинула лицо. Милан улыбнулся и поцеловал ее.

Вслед уходящей паре смотрели многие ученицы. Девочки были без ума от красивого парня и завидовали Даше. Проводила взглядом влюбленных и Ксюша. Ее глаза сузились, губы нервно заиграли. Она подождала, пока молодые люди не скрылись из виду, а потом злобно ухмыльнулась.

Милан опять повел Дашу к пирсу. По дороге они ели гамбургеры и болтали. Им было легко вместе.

– Мой отец уже родился здесь, он по рождению украинец, - говорил Милан. – Мой дед уехал из Сербии еще молодым парнем, говорил, что выбрал эту страну совершенно случайно, когда на вокзале встретил мою бабушку. Она возвращалась от своих родителей, которые уехали в Белград по командировке от какого-то крупного промышленного завода. Что-то типа обмена опытом. Они прожили там около полутора лет и дочка навещала их изредка ,когда выпускали из страны. Ее звали Поля. Полина. Именно ей я и обязан своим рождением в Украине. Мой дед поехал за ней, не раздумывая. Влюбился в нее с первого взгляда. Он мне рассказывал, что ради ее глаз готов был хоть в ад спуститься. Уже через месяц они поженились. А через год появился мой отец.

– Ты сказал, что он умер?

– Это был несчастный случай. На заводе, где он работал, с крана сорвался груз. Он не соблюдал технику безопасности – так нам сказали. – Милан замолчал ненадолго. – Выплатили потом компенсацию, но деньги уже ничего не могли исправить.

– Сколько тебе было тогда?

– Шесть.

– Так рано, - потрясенно прошептала Даша. Сейчас она готова была благодарить Всевышнего, что ее родители живы и здоровы, пусть и расходятся.

– Мама так и не вышла замуж во второй раз. Нам приходилось тяжело, да и я был не подарком. Без отцовской руки…. Мама не справлялась со мной.

– Но судя по всему, ты вырос достойным молодым человеком, работаешь с 16 лет, помогаешь ей.

– Лет в 14, когда я заявился домой около полуночи после очередной вылазки с друзьями ,я застал ее плачущей на кухне. Она ничего не сказала мне, просто посмотрела заплаканными глазами и ушла в спальню. Во мне будто что-то перевернулось. Больше я не позволял себе никаких выходок. Конечно, ее пару раз еще вызывали к директору, но это был честный мальчишеский бой!

– Ты был драчуном?

– О, да, - рассмеялся Милан. – Я никому не спускал обид. Если кто-то говорил что-то за моей спиной – это было самым большим оскорблением для меня.

– А если в лицо?

– Тогда лицо этого забияки немедленно призывалось к ответу.

– Ты невозможный грубиян, - улыбнулась Даша. Ей хотелось поцеловать его смеющиеся губы, но чувство неловкости еще не прошло. Будто она еще не заработала право прикасаться к нему, когда захочет.

– Надеюсь, тебя не укачивает?

– И я надеюсь. Мы будет плавать?

– Мы выйдем в море.

Возле пирса располагалась спасательная станция и яхт-клуб. Милан сказал, что когда-то занимался там. И теперь попросил старого знакомого позволить им выйти на паруснике на полчаса.

Даша смотрела на небольшие лодки, на облупившуюся краску на их бортах. И тут же стояли сияющие белые катера. Какой дикий контраст. Жизнь в их городе была полна ярких примеров вызывающего несоответствия. Небольшой элитный район с шикарными дорогими домами находился посреди старых ,покосившихся от времени и оползней халуп, отапливаемых углем. Возле здания городского совета стояли невероятные иномарки, мимо которых проходили бомжевато одетые старики, чтобы искать справедливости в кабинетах чиновников. Словно черное и белое, почти без полутонов и оттенков.

Пока парусник спускали на воду, девушка наблюдала, как чайки выпрашивали хлебные крошки у отдыхающих. Море слепило глаза. Весеннее солнце уже оставило свой золотистый поцелуй на ее смугловатой коже.

Парусник был спущен, спасательные жилеты надеты, они вышли в море.

Как оба надеялись, Дашу не укачивало. Она рассматривала своего парня и отмечала про себя, что у него причудливо опущены вниз внешние уголки глаз, в то время как брови поднимались вверх и обламывались почти под острым углом. В целом это производило необычное впечатление. Будто он посмеивался, иронично выгнув брови. Милан, должно быть, властный человек, непреклонный, но в то же время она уже знала, что он обладал отличным чувством юмора и любил шутить.