Дима слушал с серьезным видом, но под конец тирады его губы начали расплываться в ухмылке, той самой, которую Элен считала такой вызывающе-очаровательной.

– Чего ты лыбишься? Я права? Ведь так? Ты просто не хочешь.

Конечно, Элен хотела услышать, что все не так, но насмешка на лице Димы только подтверждала ее мысли. Просто игра, ничего больше. Нет никаких чувств. А ведь Саша предупреждал, но она не послушала, придумала себе какую-то любовь.

– Ты действительно хочешь знать правду? – рассмеялся Дима, разведя руками.

– Да! – ответила Элен, смело взглянув в озорные синие глаза.

Дима еще больше расхохотался.

– Хочешь знать, чего я хочу?

– Да, – уже не так яро сказала Элен, не понимая причину его веселого настроения. Ей вот совсем не до смеха.

– Ну ладно… – загадочно произнес Дмитрий и, схватив за талию, без особых усилий закинул Элен на плечо.

– Отпусти! Что ты делаешь?! – Она застучала по спине парня, но он, будто не замечая брыкающейся ноши, шагал по аллее. Мысль, что сенсеры в охране не выпустят их за пределы видимости, обнадеживала, пока Дима не дошел до них.

– Дамы, – слащаво произнес он, и Элен представила, как Дмитрий очаровательно улыбнулся, – откроете свои чудные ротики, и, не сомневайтесь, я придумаю вам какое-нибудь наказание. Мы на полчаса, может, час.

Девушки захихикали. Когда Дима прошел дальше, Элен взглянула на предательниц.

– Маша! Алиса!

– Прости, Элен, – еле сдерживая смех, ответила лисичка, – мне нужно как-то искупить вину. Думаю, это то, что тебе нужно. Наслаждайся.

– Да, да, приятно побеседовать, - пропела Маша.

Девушки и Дмитрий захохотали в один голос, еще больше разозлив Элен. Она ущипнула похитителя за бок, тот ойкнул, но хватку не ослабил.

– Не дергайся, а то вместе свалимся, – проворчал он. – Ты же сама хотела знать, чего я хочу.

Он перехватил ее удобнее, нагло схватившись за мягкое место.

– Эй! Не лапай! – завопила Элен, пытаясь смахнуть его бессовестную лапищу.

– Не могу. Это я тоже хочу!

«Хорошо хоть брюки надела, а то бы наглец и под платье не постеснялся залезть!»

Дмитрий все же убрал руку. Дергаться было бесполезно, поэтому Элен сдалась.

– Куда ты меня тащишь? – спросила она, стараясь вложить в вопрос как можно больше равнодушия. Получилось неважно.

– Изнасилую, убью, закопаю, – все с тем же задором ответил Дима.

– М-м, прости, но это не входило в мои планы, – Элен язвительно ответила на шутку.

– А что входило? Спрятаться ото всех и пореветь? Пожалеть себя и позлиться на весь мир? – слишком грубо выпалил парень. – Твои слезы ничего не изменят. Вас не отпустят. Наберись терпения, – четко выговаривал Дмитрий, будто произносил эти слова не раз. – Через пару недель, Георгий Маркович сам постарается что-то придумать. Родителям Антона записку передал отец Маши в торговом центре, маме Лоры подкинула Рита, в парикмахерской, где та работает. И твоему отцу найдут, как сообщить, что ты в порядке. Просто подожди.

Элен слышала нечто большее, чем просто слова: отчаяние и сожаление. Дима, наверное, тысячи раз жалел, что не выждал время, а поддался эмоциям. Поэтому так яростно не хочет допустить этого выезда. Хочет защитить Элен от того чувства, с которым почти четыре года живет сам – чувства вины.

– Пришли, пушинка, – спустя несколько минут молчания, произнес Дима.

Он осторожно поставил Элен на ноги, но руки с талии не убрал. Сзади шумела речка, птицы со всех сторон насвистывали свои любимые трели, но осматриваться Элен не стала. Не могла отвести взгляд от синих глаз.

– Знаешь, чего я еще хочу? – прошептал Дима.

Кожа под его руками вспыхнула, будто не было защитного слоя из ткани. Дима всю дорогу касался Элен, но только сейчас она ощутила его прикосновения по-настоящему. Она задрожала, поняв, что из этой ловушки не выбраться, от этого хищника не уйти. Да и хочет ли она?

«Нет!»

Парень медленно обнял за талию и подтолкнул назад. Повинуясь требованию похитителя и не теряя его ласкающего взгляда, Элен уперлась спиной в дерево. Казалось, можно потерять сознание от чувств, что в ней вскипели. Она схватилась за грубую кору, чтобы не упасть.

Дима не спеша поднял руку и нежно провел кончиками пальцев по ее щеке, скользнул вниз по шее и спустил плечико шифоновой кофточки. Он склонился и легко коснулся губами обнажившегося тела. Элен еще крепче вцепилась в дерево. Она перестала дышать, ожидая повторного прикосновения, но Дима отстранился и взглянул в глаза. Элен тихо выдохнула. Захотелось ощутить мягкость его кожи, убрать длинную челку со лба, но руки будто прилипли к дереву. Ладони начинали гореть, предвещая приход внутренней силы, но сейчас Элен не хотела чувствовать себя сильной. Хотела быть слабой, беззащитной и покорной.