– Конечно, ещё слишком рано, – добавил мужчина-ребёнок.

И внезапно бросился вниз по склону, исчезая в сумраке ночи.

– Мирддин! – закричал Утёр.

Откуда-то из сумерек, окутавших заснеженную землю, до него донёсся голос:

– Только эльфы называют меня Мирддин… А люди – Мерлин.