"О, спасибо, Ивонг, вы не представляете, как я благодарна вам!"

"Не стоит, Тания, мы не сделали ничего особенного. Ливолис... с ним все хорошо?"

"Да, уже да, Ивонг. Мы заберем Эла и Луну, когда это будет возможно. Еще раз спасибо", - сказала я и завершила сеанс связи.

Я вышла из-под укрытия шатра и мгновенно почувствовала не только холод пронизывающего ветра, но и чудовищную усталость, навалившуюся так внезапно, что у меня едва не подкосились ноги.

"Пожалуй, мне действительно стоит отдохнуть, только вот сначала я должна проведать Лива".

Гиннель окинул меня хмурым взглядом и, вероятно, безмолвно велел своему помощнику принести для меня нечто наподобие раскладушки, которую Назий поставил прямо рядом с кроватью, на которой спал Лив (мне было спокойнее полагать, что он именно спит, набираясь сил и восстанавливаясь).

– Можешь остаться здесь, - сказал он просто, и они оба вышли.

Я была благодарна лекарю за проявленные понимание и заботу, но обдумать его жест сил у меня уже не осталось. Легонько поцеловав Лива в щеку, я повалилась на свою постель и сразу заснула.

Спала я беспокойно, то и дело переворачивалась с боку на бок, на мгновения включаясь в действительность и снова засыпая. В один из таких моментов промежуточного состояния, я услышала голос. Мать Лива звала его. Печально и тихо она просила по возможности приехать к ним с отцом, потому что ему с каждым днем становится хуже, а их деревенский старичок-лекарь больше ничего не может для него сделать. Этот голос звучал у меня в голове так отчетливо и так скорбно, что я, словно облитая стаканом холодной воды, пробудилась. Силы мои на удивление быстро восстановились, и чувствовала я себя довольно бодро и свежо, несмотря на то, что на дворе очевидно еще стояла ночь.

Лив все еще спал. Слышал ли он зов своей матери?

– Лив...
– негромко позвала я.
– Раз я услышала это... то, наверное, это означает, что я должна быть там. Я верю Гиннелю и верю в тебя, очень скоро ты придешь в себя и тогда сможешь тоже отправиться к ним. Или я вернусь и сделаю портал для тебя. Я ведь пойму, что ты проснулся, правда? Я так люблю тебя, Лив, - сказала я и нежно прикоснулась к его губам. Веки его едва заметно дрогнули, но он спал еще слишком глубоко.

Теперь мне оставалось придумать, как сделать портал в место, где я никогда прежде не была и даже не представляла, где именно оно находится. В таких случаях оставалось ориентироваться на людей, но с родителями Лива я не была даже знакома. С другой стороны, я видела их. И даже не один раз, так, что у меня успел сложиться достаточно четкий образ каждого из них.

"Что ж, других вариантов все равно нет, значит, стоит попробовать", - сказала я себе и, закрыв глаза, начала настраиваться на образ матери Лива.

– И куда это ты собралась?
– спросил Гиннель, заставив меня от неожиданности подпрыгнуть на месте.

– Вы напугали меня, Гиннель!
– сказала я.
– И как вы догадались?

– Я чутко сплю. Профессия обязывает. Услышал, что ты проснулась и решил проведать своих пациентов. А посмотрев на тебя, я, очевидно, сделал правильный вывод о твоих намерениях.

– Пациентах? Вы меня тоже записали в ваши пациенты, Гиннель?

– Отчасти, Тания, отчасти. И не думаю, что перемещение - это лучшее, что ты могла придумать на сегодняшний момент. Тебе тоже необходимо время, чтобы восстановиться, тем более после утраты твоего оберега.

– Думаете, я не смогу сделать портал?

– Не знаю, Тания. Но прежде чем куда-то отправляться, разумнее было бы испытать свои способности на небольших безопасных маршрутах.

– Я не могу ждать, Гиннель. Скажите Ливу, если он очнется до моего возвращения, что я отправилась к его родителям. И не переживайте за меня, я уже достаточно восстановила силы и чувствую себя хорошо.

Гиннель насупился и как будто даже сморщился, но возражать не стал, правильно рассудив, что спорить с бесшабашной землянкой бесполезно. Ну а я бегло проверила содержимое своей сумки: большинство вещей осталось с Элом, но самые ценные из них как всегда были при мне. Собираясь в бой, я предусмотрительно кинула в нее и свою скромную походную аптечку. Не уверена, что перекись, лейкопластырь и куцый моточек бинта смогли бы помочь в реальной ситуации ранения (в случае с Ливом я даже не вспомнила о них), но будучи укомплектованной даже так, я чувствовала себя на удивление увереннее. Кивнув лекарю и глубоко вздохнув, я сконцентрировалась на образе матери Лива и понеслась к ней навстречу.

Глава 13. Родители Лива

Полумрак, нарушаемый лишь блеклым светом горящей свечи, и два удивленных глаза встретили меня.

– Значит, это ты?
– тихо и нежно спросила меня женщина.

Я удивилась ее вопросу не меньше, чем она моему появлению, но, сопоставив имеющиеся догадки и предположения, все же неуверенно кивнула.

– Я очень рада тебе, - мягко улыбнулась она.
– Пойдем на кухню, не хочу разбудить Иосифа.