Коррадо почувствовал, что его влечет к этой нежной девушке. И вместе с тем испытывал чуть ли не страх. Он улыбнулся и ответил:

— Это, наверное, с голоду.

— Ох, бедняжка! Но не волнуйся, я все приготовлю, не успеешь оглянуться. Я хозяйка что надо!

Джулия побежала на кухню. Он слышал, как она доставала тарелки, гремела сковородками, кастрюлями. Одновременно давала ему указания.

— А ты накрой на стол. Все найдешь в буфете.

Ужин был отменно вкусен. Джулия и впрямь оказалась прекрасной поварихой. В несколько минут она приготовила курицу по-китайски с миндалем. Коррадо наблюдал за девушкой, поглощавшей ужин с завидным аппетитом.

— Ты всегда такая голодная?

— По-твоему, я много ем? — усмехнулась она. — Мама тоже мне это говорит. «Уж не беременна ли ты?» — беспокоится она.

— А есть такая опасность? — улыбнулся комиссар.

— Вот это да! Ты не знаешь, мой милый, о том, что люди давно изобрели разные средства, чтобы избежать сюрпризов? Но, может, ты не в курсе. Мне кажется, ты далек от этого мира.

«Свободная девушка, без комплексов, привыкшая говорить с полной естественностью даже на самые деликатные темы». — Каттани продолжал изучать ее, решая, поддаться ли ее неотразимым чарам или выстоять.

Его размышления прервал резкий телефонный звонок. Джулия взяла трубку. Пока она говорила, Коррадо с восхищением глядел на стройный, гибкий силуэт, четко вырисовывавшийся против света.

Рядом с телефоном стоял столик с шахматной доской. Глядя на расположение фигур, нетрудно было догадаться, что это прерванная на середине партия. Джулия взялась за слона и переставила его на другое поле.

— Мой сегодняшний ход, — объявила она своему собеседнику, — слон с2 на а4.

Закончив разговор, девушка сказала:

— Это звонил мой дедушка с Сицилии. Чтобы он не чувствовал себя одиноким, я вот так играю с ним шахматную партию. Завтра он мне снова позвонит и сообщит, какой придумал ответный ход.

— Забавно. Ты, видно, очень привязана к деду?

— Да, это человек, с которым у меня общего больше, чем с кем-либо.

— Расскажи мне о своей семье.

— Ну что можно сказать интересного? Дед основал банк. А у его отца была собственная маленькая флотилия, которая бороздила Средиземное море, перевозя грузы из одного порта в другой.

Каттани пытался понять, что за человек эта девушка, в жилах которой течет кровь арматоров и банкиров.

Джулия заметила, что Коррадо молча на нее уставился. Она ободряюще улыбнулась, налила ему и себе в бокалы шампанское. Подняла бокал. Сделала знак, чтобы он взял свой.

— Чин-чин! — сказала она, высоко держа свой бокал и не отрывая глаз от его лица, словно притянутая магнитом. — Хочешь остаться сегодня у меня?

Лицо Каттани внезапно посуровело.

— Лучше не стоит.

— Боишься себя скомпрометировать?

Он не ответил.

Джулия с тревогой спросила:

— Я тебе не нравлюсь?

— Нет, ты очень красива.

— Ох, — воскликнула она с нескрываемой радостью, — ты нашел, ты нашел мое слабое место! Это тщеславие. Повтори еще раз.

— Да, Джулия, ты замечательно красива.

— Спасибо. Я нахожу, что ты тоже ничего. Главное, умеешь гладить меня по шерстке, так что еще немного, и я начну мурлыкать, как кошечка. Ну ладно. Сегодня я тебя отпускаю. При одном условии: ты должен обещать, что завтра вечером зайдешь за мной на работу. Я заканчиваю в шесть часов.

Коррадо покачал головой.

— Боюсь, завтра не сумею. Меня ждет одно весьма важное дело.

Джулия нахмурилась.

— Ты не можешь со мной так обращаться. Я падаю к твоим ногам, а ты меня пинаешь, отбрасываешь прочь. Да нет, ты вовсе не мил и не симпатичен. — Она протянула руку и накрыла ладонью его пальцы. — Скажи, что придешь.

Наконец губы Коррадо растянулись в широкой улыбке. Он нежно взял ее руку в свои. Вдохнул теплый аромат и запечатлел на ней крепкий поцелуй.

В пансионе швейцар указал ему на какого-то незнакомца с прической ежиком, утопавшего в глубоком кресле.

— Он дожидается вас.

Каттани инстинктивно сунул руку за пазуху и сжал рукоятку пистолета. Но вид у посетителя был не агрессивный. Он ожидал комиссара не меньше двух часов и почти уснул. А когда поднялся из кресла, Каттани увидел перед собой длинного худощавого блондина.

— Меня прислал Берт, — проговорил он. Американский акцент был несомненен. — Берт видел тебя… смотрел телевизор. Он говорит: ты сошел с ума. Он боится за тебя. Я тебя буду охранять.

— Как тебя зовут?

— Боб. Но все зовут меня Линкс… Рысь. — Он поднес указательный палец к глазу. — У меня глаза, как у рыси, — захохотал он. — Никогда не промахиваюсь!