– Я как-нибудь сам разберусь, – по-хамски отозвался я, отвернувшись от собеседника, и тут же получил неслабый подзатыльник.

– Лучше примись за работу, Дайм, – совсем невинно улыбнулся парень в кепке. – Вот таким взбудораженным ты мне нравишься больше.

– Я не взбудораженный, я озлобленный и раздраженный.

– Вот с таким настроем и рви все проблемы в клочья! – вдруг воскликнул Сноу, победно взмахнув рукой. – А теперь вставай за кассу и выполняй свое предназначение сотрудника кинотеатра. У нас есть посетители.

Я молча кивнул и выполнил требование друга. Странно, но от такой взбучки мне действительно полегчало. Остаток рабочего дня я постоянно получал от Барри легкие пинки, что не давало мне расслабиться и вновь уйти в себя. Да, я ругался, кидался в него попкорном и собственной кепкой (не знаю, как начальство этого не заметило и нам за это не влетело), но отчасти мне всё это нравилось – я так не дурачился с самого детства. Сноу оказался вполне нормальным человеком, гораздо лучшим, чем я думал о нем в самом начале знакомства.

Ближе к вечеру народа заметно прибавилось, что было вполне обычным явлением. Не успевал я принять и один заказ, как за покупателем появлялись всё новые и новые лица. К этому времени я уже перестал запоминать внешность подходивших ко мне людей и просто делал свою работу, иногда перекидываясь неоднозначными, дерзкими фразами со своим до неприязни улыбчивым напарником. Я бы так и простоял до конца рабочего дня в более-менее приподнятом настроении, обдумывая, на чем доберусь до порта к Джереми Фоксу, если бы не промелькнувшее в очереди знакомое лицо, не так давно засевшее в памяти. Когда я неожиданно понял, кого вижу перед собой, меня бросило в жар от пробежавшего по телу электрического разряда, и я замер на месте, на мгновение проглотив язык.

– Если они приходили за тобой один раз, то придут и второй, – резко бросила мне девушка из недавнего вечера-кошмара. – Не думай, что всё это игрушки.

Я во все глаза смотрел на неё, как на что-то сверхъестественное, и не мог понять, каким образом она смогла найти меня здесь – в центре города, где в это время проходили сотни людей. Почему она из всех «злачных» мест нашего городка пришла именно в этот кинотеатр и как смогла угадать, что сегодня именно моя смена? Я ей не говорил, что работаю здесь. Это было уже чересчур подозрительно, я тогда опять не на шутку испугался – ведь она даже ничего не собиралась покупать. Она пришла сюда не случайно. Она знала, что я тут буду; от одной мысли, что она действительно как-то связана со всей мистической ерундой, преследующей меня, я ощущал себя совсем как маленький беззащитный ребенок в лапах чего-то зловещего и неподвластного.

Девушка нервно оглянулась по сторонам и протянула ко мне руку с зажатым кулаком.

– Надень это и не снимай, – сказала она и осторожно, будто чего-то опасаясь, положила на прилавок маленький завязанный кулечек на плетеной веревке.

Я был, мягко говоря, в шоке. Выглядела она ещё страшнее и безумнее, чем вчера: лицо вытянулось в испуге, волосы так же небрежно собраны в хвост, а под глазами выплыли такие синяки, словно она не смыкала глаз уже несколько дней. Единственное, что в ней изменилось, – это её одеяние. Теперь она предстала предо мной облачённая в толстовку с капюшоном темно-алого цвета и черные джинсы.

– Что это? – наконец выдавил я из себя, указывая на странноватый подарок. – Кто ты?

Она встала на носочки, чтобы наклониться ко мне через прилавок.

– Надень и не снимай, – шепотом повторила девушка. – Спи не один и по возможности при свете. Не дай им застать себя врасплох, – на этом она развернулась и быстрым шагом вышла из очереди в сторону выхода из кинотеатра, уступая место новым посетителям.

– Постой! – окликнул я её, но она даже не сделала попытки обернуться и скрылась в толпе.

Я схватил подарок и сунул его в карман, не зная, кинуться за девушкой следом или нет.

– Спокойно, Леон, – пробормотал Барри, подошедший к кассе с огромным ведром сладкого попкорна. – Ты видел её глаза? Она явно под кайфом. Если не под «колесами», то хотя бы под травой. Под большим количеством травы. Не воспринимай всё всерьез.

– Она что-то знает.

– Знает «что»? – друг вздорно раскинул руки, поставив ведро на прилавок. – Ты себя слышишь вообще? Дайм, ты меня опять пытаешься напугать? Иногда мне кажется, что ты наивен как маленькая школьница. Эта барышня, видимо, хорошо провела предыдущую ночь и до сих пор ловит глюки. Поверь, у меня таких безумцев-наркоманов возле дома хоть отбавляй. Я в этом умею разбираться.

Это было последней каплей. В нервном напряжении, без слов, я перепрыгнул через прилавок и кинулся вперед по желто-фиолетовому холлу, где, как мне показалось, скрылась та девушка. Я огибал людей как препятствия, нагло пролезал через билетные очереди и в итоге настиг её у самого выхода возле крутящихся прозрачных дверей. Она только успела накинуть себе на голову капюшон, как я схватил её за рукав и заставил обернуться.

Девушка оглядела меня глазами, полными страха и непонимания, и тогда я, запыхавшись, произнес: