Все трое огляделись. Мягкая мебель, ковры на стенах и полу и серебряная утварь – все это действительно не соответствовало обычным представлениям о тюремных застенках.

– Однако по своей воле мы вряд ли отсюда выберемся, – заметил Аттеконнос.

– Император нас услышал, – ответил Сеттес. – Теперь остается только ждать.

– А что ты скажешь? – спросил Бельфеддор демона.

– Ничего, – ответил тот. – Аристократ прав: теперь мы можем только ждать. Но не думай, что все уже закончилось, будь готов к новым кровавым стычкам. Скоро здесь станет жарко.

– Ты уверен? – насторожился Бельфеддор.

– Глупый вопрос. Ты разве забыл, кто я есть?

Все трое поудобнее расположились на мягких диванах, предоставив отдых своим измученным и израненным в ночных схватках телам.

Через некоторое время загремел засов, дверь отворилась – и внутрь вошел пожилой воин с обезображенным шрамами лицом.

– Капитан Кселлос?! – удивленно воскликнул Аттеконнос, взглянув на вошедшего. – Не ожидал встретить тебя здесь.

– Да и мы не ожидали… – мрачно заметил демон.

Пожилой воин действительно оказался самим капитаном Кселлосом, из-под ареста которого Бельфеддор сбежал на постоялом дворе Абатура.

– Приветствую тебя, дружище, – кивнул капитан Аттеконносу. – Вижу, тебя все же перевели в императорскую гвардию, как ты хотел.

– Не без твоей рекомендации, – рассмеялся гвардеец.

Капитан взглянул на Бельфеддора и усмехнулся.

– Приветствую и тебя, Бельфеддор. Вот уж кого я действительно не ожидал встретить в этом месте – так это тебя.

Бельфеддор молча кивнул.

– Все трое следуйте за мной, – распорядился капитан.

Бельфеддор и его спутники повиновались. Лабиринтами ярко освещенных коридоров, где на каждом повороте стояли на страже вооруженные гвардейцы капитан повел их в глубь дворца.

– Как ты оказался здесь? – спросил по пути Аттеконнос капитана.

– Наш легион сопровождал императорский караван, – ответил тот. – Сегодня на торжественный пир приглашены многие военачальники, пригласили и меня. Тот, кто хочет поговорить с вами, попросил меня привести вас, так как мы с ним давно знакомы.

– И кто же этот загадочный незнакомец, который хочет с нами встретиться? – насмешливо спросил Сеттес.

– Вы его уже знаете – и сейчас сами увидите, – сухо ответил капитан.

– Одно могу сказать, дружище: увидим мы не императора, – сообщил демон Бельфеддору. – Но опасности я пока не чувствую.

Распахнув створки широких дверей, капитан отступил в сторону и жестом пригласил своих спутников пройти внутрь. Бельфеддор, Сеттес и Аттеконнос вошли в просторный зал, капитан затворил двери за их спинами, оставшись снаружи.

Сидевший в кресле у окна безбородый бритоголовый старик внимательно оглядел вошедших. Все трое сразу узнали его: то был верховный жрец Ногары.

– Ваши имена я уже слышал, – произнес старик. – Мое имя Ольменнос, я верховный жрец, если вы еще не догадались.

Вошедшие почтительно склонили головы перед могущественным старцем. Сеттес ответил:

– Нам известно, кто ты.

Ольменнос вновь обвел внимательным взглядом всех троих и остановил свой взор на черном воине.

– Так, значит, твое имя Бельфеддор? – уточнил старик.

– Именно так, – подтвердил черный воин.

– Почему ты носишь его? – продолжал спрашивать жрец.

– Не ты первый спрашиваешь меня об этом, почтенный старец. Я ношу это имя потому, что оно мое.

– Видимо, те, кто задавал тебе такой вопрос до меня, слышали его раньше и связывали кое с кем другим, – предположил Ольменнос, все так же пристально глядя Бельфеддору в глаза.

– Возможно, – скромно ответил Бельфеддор.

Неожиданно старик улыбнулся.

– О да, я вижу, что это имя действительно твое. Это довольно странно, но ты носишь его по праву.

– Он что, в самом деле видит тебя? – осторожно спросил Бельфеддор демона.

– Конечно, – ответил тот. – Так же, как я вижу его силу. Он ведь не простой жрец: перед нами могучий маг, от него трудно утаиться.

– В этом нет нужды, – заметил Бельфеддор. – Нам нечего скрывать.

– В данном случае одобряю твою честность, – согласился демон. – С этим человеком лучше не хитрить.

Между тем Ольменнос жестом пригласил своих гостей сесть и спросил:

– Так чего же вы хотите? Какой справедливости ищете?