Леди Чен вся превратилась во внимание. Она очень аккуратно поставила чашку на фетровый костер и подняла взгляд на капитана:

– Казнил? Как?

– Своим ножом. Во время обхода. Все было... так неожиданно.

До него дошло, что Флетчер долго тренировался. Без подготовки так ловко горло не перережешь.

Он представил, как капитан один в своей каюте вновь и вновь достает клинок и рассекает воображаемое горло - холодные голубые глаза горят, на губах презрительная усмешка.

Миши все внимательнее смотрела на Мартинеса, задумчиво барабаня пальцами по столу:

– Капитан Флетчер объяснил свой поступок?

– Нет, миледи. Лишь сказал, что просто мог сделать это.

Миши тихо вздохнула.

– Понимаю, - сказала она.

Формально Флетчер был прав: любой офицер в любое время и по любой причине имел право казнить подчиненного. Не делали этого по чисто практическим соображением, например, опасаясь гражданского судебного разбирательства по иску патронов жертвы, но даже когда такое случалось, у офицера находилось веское оправдание.

Флетчер просто воспользовался своим правом. Очень, очень редкий случай.

Миши медленно отвела взгляд и сделала глоток чая.

– Хотите что-нибудь добавить?
– спросила она.

– Только то, что действия капитана были тщательно спланированы. Он вызвал меня в качестве свидетеля, чтобы я мог доложить вам.

– Ничего во время проверки не могло спровоцировать такой поступок?

– Нет, миледи. Капитан отметил успехи Тука - а потом убил его.

И вновь Миши вздохнула. Она задумалась:

– По-вашему, не было никакой причины?

Мартинес замешкался:

– Капитан и лейтенант Прасад... вчера... расстались. Но если из-за этого ему нужно было кого-то убить, я не знаю, почему он выбрал Тука.

"Возможно, Тук попал под руку", - подумал он.

Миши обдумала его слова.

– Спасибо, капитан, - наконец сказала она.
– Весьма благодарна за ваш отчет.

Она явно отпускала его, и Мартинес хотел возразить. Он думал, что Миши попросит его остаться и они вместе попытаются осмыслить, что случилось и почему, а потом решат, что делать дальше. Но леди Чен не оставила ему выбора - вставай, салютуй и уходи.

По пути в свою каюту Мартинес был вынужден пройти мимо апартаментов капитана. Дверь оказалась закрыта. Гарет прислушался, не происходит ли чего внутри.

Чего он ожидал? Взрыва сумасшедшего хохота? Лужи крови, сочащейся из-под двери?

Ничего подобного не было.

Он вошел в свой кабинет и оставил дверь открытой на случай, если с ним захотят переговорить.

Никто не пришел.

Глава 9

С четвертым выпуском "Сопротивления" планету облетела весть о том, что по приговору трибунала подпольного правительства были казнены Лораджин и две его сослуживицы. Сула включила в текст их имена, взяв их из свидетельств о смерти в компьютерной базе Управления госрегистрации.

"Трибунал вынес и другие приговоры, и скоро предателей казнят", - писала Сула.

Это должно их напугать.

В предыдущих трёх выпусках были скрытые метки указывающие, что сообщения рассылали из отеля "Спартекс", занятого наксидами. Сула решила, что "Спартекс" уже достаточно пострадал от служб безопасности, поэтому просмотрела коды сообщений в почте Раштага и заменила код отеля меткой узла флотского штаба.

Пусть мятежники теперь проверяют собственный флот. "Флот сойдёт с ума от счастья", - подумала она.

Пока отправляла привычные пятьдесят тысяч копий, Сула жевала сладкий пирожок с начинкой из красной фасоли, потом облизала пальцы, вышла из базы Управления и повернулась к Спенс и Макнамаре, играющим в только что купленную у уличного торговца головоломку. Это был спутанный проволочный клубок, по которому двигались бусинки, преодолевая перекрестия и иногда перепрыгивая с одной проволочки на другую.

Усевшись на пол и оперев голову на кулак, Сула устроилась перед головоломкой.

– Что должно получиться?
– спросила она.

Спенс нахмурилась.

– Точно не знаю. Когда ее показывал продавец, все казалось простым. А теперь...

Сула провела бусинку по проволоке до пересечения, но не смогла продвинуть дальше. Потом попробовала в другом направлении, и неожиданно клубок с лязгом распался, превратившись в звенящую кучу деталей.

Она отдернула палец и посмотрела на остальных.

– Так и надо?

– Сомневаюсь, - моргнула Спенс.

Сула встала.

– Может, займемся чем попроще?

Шона взглянула на нее.