— Хочешь, Пашка, обижайся на меня, хочешь не обижайся, но я тебе прямо скажу… Так нельзя! В квартире у себя все украсили, а во дворе — шут ногу сломит. А двор — он тоже ваш… Можно и подмести когда. И лавочки для старух в холодке поставить…
Отец деду не возражал. Это было бесполезно.
Наутро дед чуть свет ушел из дому. Никто не знал, куда он пошел и скоро ли придет. Но завтракать не садились. Серега то и дело выглядывал в окно. На смородиновых кустах чистили перья воробьи и галдели на весь двор.
Дед пришел к обеду. Он молча выложил на кухонный стол молоток, пилу и лопату без черенка.
— Вот, Серега и Пашка… — серьезно сказал дед. — Черенок к лопате вырежу. Теперь вас можно считать за мужиков. И дом у вас теперь настоящий. А то так было… не знаю что…
