– Ты все посмотрел? – спросил паренек с томной улыбочкой.

– Не может быть! Зачем тогда все эти двери и лестницы?

– Может, это убежище строил какой-нибудь сумасшедший.

– Не говори ерунды. Какой сумасшедший станет так заморачиваться?

– Заморачиваться? Восемь лестниц и два коридора – большое дело. Может быть, это был заводской тайник. Может его не успели закончить. Может быть, выход замуровали.

Дима не ответил. Он один знал правду, о которой Костя на радостях позабыл. Тот, кто взломал дверь, не мог прийти из ниоткуда. Для этого ему пришлось бы просочиться сквозь стену. В привидений Дима не верил. Подобрав сумку, он решительно зашагал вперед. Костя поспешил следом, умоляя все богов, которых знал, чтобы все закончилось именно здесь.

Его мольбы не были услышаны.

Узкое пространство огласил восторженный крик, не предвещавший ничего хорошего. Дима внезапно исчез в боковой стене, но желтое сияние фонарика осталось. Потом он появился вновь. На лице была улыбка.

– Невероятно! Оптическая иллюзия, как в пирамидах. Кажется, что тоннель обрывается. На самом деле здесь крутой поворот.

– А что за ним?

– Еще ступени.

Костя мучительно застонал. Заглянув за поворот, он увидел десятки бетонных ступеней покрытых густым слоем извести. Эта лестница оказалась длиннее и круче прочих, а по бокам из стен выступали держатели, на которых крепились деревянные перила.

– Не нравится мне это. Мы так не договаривались, – ворчал Костя, аккуратно переступая со ступеньки на ступеньку. – Давай вернемся. Ты ведь обещал только посмотреть.

– Успокойся. Этот тоннель заброшен. Тут некого бояться. Обещаю, после того как мы здесь все осмотрим, сразу поднимемся наверх. В следующий раз я вернусь уже без тебя, если ты, конечно, не передумаешь.

– Не передумаю.

С лестницы они сошли в узкий коридор, выложенный белым кафелем. Стены были выкрашены в темно-зеленый цвет. Лучи фонариков выхватили блестящий предмет, похожий на хирургический стол. Рядом стоял деревянный стул. Появились первые признаки человеческого жилья.

Через коридор они попали в просторное помещение, судя по виду включавшее в себя раздевалку, столовую и лабораторию. Вдоль левой стены от входа до выхода тянулась шеренга вещевых шкафчиков. В центре помещения в три ряда стояли металлические столы с припаянными к ножкам скамейками. У дверных проемов сверкали пыльными стеклами железные больничные шкафы. Под потолком на проводах висели керамические ламповые патроны.

Дима стал открывать шкафчики. Все оказались пусты. Осмотрев противоположную часть помещения, он нашел несколько кухонных плит старого образца. Кое-где на полках лежала алюминиевая посуда. Под разбитой раковиной стояло ведро, наполненное осколками кафеля.

Костя стоял у входа, с недоверием осматривая подземное убежище. Бросая луч света с одного конца помещения в другой, он не сразу услышал голос Димы.

– Тоже это заметил? Странно, правда? – произнес он, разглядывая огромный стеллаж.

– Мне здесь все кажется странным.

– Только посмотри. – Он открыл дверцу, зажатую в металлические рамки. – Этот шкаф сборный, но даже в разобранном виде его сложно пронести по всем этим коридорам и лестницам.

– Ну и что?

– Люк в подвале аварийный. Где-то здесь есть настоящий выход, и он может соединяться с системой тоннелей метро.

– Ну и что?

– Как что? Ты понимаешь, что мы сделали открытие. Нашли настоящий бункер.

– Подумаешь. Просто бункер.

– По-твоему, Москва ими усеяна как лес грибами? Нельзя просто спуститься в колодец на Славянском бульваре и открыть секретный бункер. Говорят, под землей существуют целые города. И где они? Все это байки неудачливых диггеров, вынужденных исследовать забитые дерьмом коллекторы и заглядывать в киоски[3]. Друг отца говорил, что правительственное метро расположено очень глубоко и с поверхности туда не попасть. Чудо, что мы вообще нашли это место.

– Зачем же его построили так далеко от центра? Да еще под заводом?

– Кто знает. Может, это была одна из секретных баз «Метро-2». Возможно, мы станем первыми, кто попадет в систему тоннелей правительственного метро.

– Тогда нам лучше вернуться. Если мы на военном объекте, нас могут арестовать, а я не хочу в тюрьму. Мама говорит, что там плохо кормят.

Дух противоречия взял свое. Дима не удержался и презрительно рассмеялся. Нет, он единственный диггер в этой команде. Если бы сейчас из-за угла вышел солдат и внушил Косте, что нарушен закон, а затем отдал приказ отжиматься, паренек выложился бы по полной не задумываясь.

– Здесь нет охраны, – объяснил Дима. – Бункер заброшен минимум полвека. Никто не поймет, что мы здесь были, а если и узнает, то не сможет это доказать… Что касается тюрьмы, то у молодых парней там есть проблемы покруче плохой еды.

– Это какие?

– Потом расскажу. Давай лучше осмотримся. Вдруг найдем что-нибудь ценное.

Чувство опасности притупилось. Вероятность, что они встретят кого-то так глубоко под землей, была ничтожно мала. Бункер был пуст. Здесь не было ни воды, ни свежего воздуха, ни света. Никто не станет жить в такой пыльной яме.