— С З–золотым что б–будем делать? – мужчина заикался.

— То же, что и с этим. – голос как у робота, без эмоций. – На запчасти пустим. И тебя бы тоже, долбоеба, вместе с ними, чтобы язык не распускал.

— Я же с–сразу осознал. Не от–трицаю же. – винился заика. – К-как думаешь, Золотой больше никому не с–слил?

— Он бы сказал. Про этого же сказал. У меня все говорят.

Алексей Николаевич услышал звуки шагов, голоса раздались совсем близко.

— А этот н–не мог н–никому рассказать? Может, поп–пытаем?

— Времени нет. – сказал робот. – Даже если и рассказал, кто поверит? Просто надо сделать, чтобы их не стало. Искать будут, ясен перец, может, дело по мокрухе заведут, зато про наши дела никто не вспомнит.

— Нам бы еще К–кабанова найти прежде м–мусаров. Зря ты б–бутылку с его пальцами подкинул.

— Шеф приказал. И правильно сделал, — убежденно сказал робот, — не пошел же Кабанов в ментовку заяву писать. Ты точно его здесь, в городе, видел?

— Т–теперь уже не знаю. Все-таки к–крепко он мне в морге к–кукушку встряхнул.

— Ничего, найдем, куда он без документов денется. Давай грузить, где твоя «приора» стоит?

— С–слушай, он очнулся вроде.

— Сейчас отключим. – голос робота совсем приблизился.

В голове пленника снова взорвалась звезда, и он полетел в космос.

Из забытья Пантелеева вернул удар правой стороной груди обо что-то продолговатое.

— С–смотри, как в б–багажник помещается.

— Таких четверо сюда можно засунуть, если притрамбовать. Присмотри за ним, я пока хирургу звякну. Шевельнется, дай ему огнетушителем по башке. До больнички дотянет, а мозги не пересаживают.

От ужаса Пантелеев дышал через раз, стараясь себя не выдать.

— Дозвонился я до нашего хирурга. – голос робота приближался. – Аркадий Ефимович ждет пациента.

— Поверим нашего донора. – голос приблизился совсем близко, Пантелеев почувствовал, как из под него достают цилиндрический предмет. – Ну что, контрольный в голову.

Алексея Николаевича снова встретила бездна.

— С какой, однако, л–любовью вы его, Дмитрий Петрович, по голове стучали. – заметил Горохов. Он придвинулся к передним сиденьям и взглядом провожал габаритные огни.

— Как родного. – подтвердил Кабанов. Он тоже следил за «Приорой».

Фары высветили арку, автомобиль завернул, в глухом дворе снова стало темно.

— План удался? – спросил Хаким.

«Шаха» стояла в дальнем углу двора, неприметная среди подобного автохлама.

— Надеюсь. Андрей Сергеевич так артистично заикался! Я Вострову тщательно эсмс придумывал от имени шефа, по–чеховски, ни одного лишнего слова. – усмехнулся Дмитрий, его лицо осветилось загоревшимся дисплеем телефона. – Вроде исполняет в точности: подъехал, вышел, через 7 минут, я специально 7 написал – для ответственности, вернулся, плавно тронулся, поехал. В 01–25 наш Вова должен быть на территории больницы и сидеть в машине до прихода хирурга, не обращая внимания на звуки из багажника. А Леша в это время уже должен разорвать надрезанные путы и набирать эсмсы сослуживцам с телефона, который мы забыли у него вынуть из курточки. Места ему в багажнике достаточно потрепыхаться.

— А если он не сообразит, куда помощь вызывать? – обеспокоился Хаким. – Или вообще задохнется?

— Значит судьба, и себя мне упрекнуть будет не в чем. – Кабанов повернулся к соучастникам, в обеих руках по телефону. – Не переживайте, братья! – в голосе звучало веселье – По такому важному факту – потерялся начальник уголовного розыска – координаты его мобильника быстро вычислят. К тому же я сейчас с телефона Золотого убедительную эсмс в дежурную часть отослал. Максим потом на допросе скажет, что ему удалось сбежать и он успел выполнить гражданский долг, прежде чем у него вырубился телефон. Должно все получиться!

— Дай то Бог. – сказал Горохов.

Дмитрий повесил куртку, сбросил ботинки и поспешил на кухню.

— Как там наше чудо? – приложил ладонь к Катиному животу.

— Ой, руки холодные! – вскрикнула Катя. – Нормально там наше чудо! – Она улыбнулась. – Лежит себе, не трепыхается. Что ты каждый раз спрашиваешь – пятый месяц всего.

Беременность у Кати проходила как у эльфийки — ни токсикоза, ни нервозности.

— Машину поставил? Больше никуда не поедешь? – спросила будущая мама. – Тогда ужинать садись.

— Меня Хаким подвез, я машину в его мастерскую загнал, думал, успею колеса перебортовать.

— Купил бы шины сразу с дисками, все равно весной менять. – Катя достала кастрюлю из холодильника. – Суп будешь?

— Нет, чай если с бутербродом. – Дмитрий сел за стол. — Не по карману пока новые колеса покупать, мудрая моя женушка. Вот квартиру отсудим, тогда шиковать будем.

— Скорей бы уж. Неуютно мне здесь, и район ужасный.