Лейтенант Лавейни снова услышала шаги.

«Не крейсер, а проходной двор».

Однако на этот раз шел не охранник. Шаги были тихими и осторожными. Если бы слух Лесли, как и остальные чувства, не был обострен, она вообще могла ничего не услышать.

Сунув в рот сигарету, она щелкнула зажигалкой. Маленький огонек вспыхнул и погас.

Подняв глаза, она увидела человека, появившегося из-за угла беззвучно, как тень.

Нельзя сказать, что этой второй встрече Лесли очень обрадовалась.

Тим Роч собственной персоной стоял перед ней, уперев руки в бока, и улыбался. На его смуглом лице блестели темные, непроницаемые глаза.

— Нахалка, — медленно протянул он. — Здесь же нельзя курить.

Изумляясь его собственной наглости, Лесли вовремя вспомнила о том, что она-то изображает молоденькую и самонадеянную дурочку, застигнутую на месте нарушения корабельных правил.

— Ты кто? — пробормотала она, для вящей убедительности хлопая ресницами. — Чего тебе надо?

— Мне? — Тим Роч склонил голову, продолжая смотреть на Лесли. — Тебя. Ты мне понравилась, хвостатая. По-моему, я тебе тоже.

И пока Лесли прикидывала, узнал ли он ее или просто решил поразвлечься, Тим быстро наклонился и ухватил ее за запястье.

В следующий миг он впихнул Лесли в ближайшее подсобное помещение, дверь которого члены экипажа даже не потрудились запереть.

Это был крошечный отсек, где стояли какие-то ящики, между которыми оставалось свободное пространство. Тим так пихнул ее, что Лесли, не удержавшись, пролетела вперед и ударилась о переборку.

Плотно прикрыв за собой дверь, Тим Роч развернулся и подмигнул Лесли. Она же, засовывая в карман зажигалку и бросая сигарету, чтобы высвободить руки, прикидывала, сколько осталось времени до остановки двигателей.

Ситуация, вначале показавшаяся ей идиотской, неожиданно представилась Лесли с другой, выигрышной стороны.

Этот наглец и не подозревал, что попал в ловушку.

Не надо будет гоняться за ним по крейсеру, подвергая опасности пассажиров. Все произойдет значительно проще и быстрее: сейчас Тим Роч подойдет к ней, молниеносно получит укол снотворного и спокойно заснет, чтобы проснуться в камере.

Лесли так восхитила простота этой операции, что она улыбнулась.

Тим Роч по-своему воспринял ее улыбку:

— Значит, интуиция меня не подвела. Я тебе понравился.

В его глазах мелькнуло новое выражение. А Лесли вдруг — и совершенно некстати — заметила, что у него действительно длинные и красивые ноги.

Он сделал шаг вперед, и тут наступила полная тишина.

Пол и стены перестали вибрировать.

У Лесли екнуло сердце.

— Что это? — машинально произнесла она, хотя прекрасно знала ответ на собственный вопрос.

— Где? А-а… Ничего страшного, крошка. Это просто остановили двигатели, — спокойно ответил Тим Роч.

Лесли показалось, что она чего-то не понимает. По ее расчетам выходило, что операция «Черной пантеры» должна была начаться именно в эту минуту. А Тим Роч, которого она сочла руководителем грабежа, оставался здесь, в маленьком отсеке, и похоже, никуда не торопился.

Впрочем, у него могли быть собственные причины для того, чтобы не спешить.

Лесли поняла это, едва услышала шум, раздавшийся из-за тонкой двери отсека.

Ее расчеты подтвердились. Боевики «Черной пантеры» начали действовать.

Тим напрягся. Шум за дверью нарастал, и вскоре стал слышен отчетливый крик:

— Где носит Роча?

Тим исчез из отсека столь быстро, что Лесли не успела отреагировать. Впрочем, на размышления у нее не осталось времени.

Сделав огромный прыжок вперед, она оказалась около двери и рванула ее на себя.

Шлюз, ведущий в хвостовую часть, был открыт. Видимо, бандитам удалось подобрать код.

Лесли устремилась туда, по дороге нащупывая крошечный пистолетик, стреляющий ампулами со снотворным.

Прямо за шлюзом ей под ноги попалось чье-то неподвижное тело. Лесли задержалась ровно настолько, чтобы убедиться в двух вещах: в том, что тело не принадлежит охраннику, и в том, что боевик «Черной пантеры» не убит, а усыплен.

Затем она устремилась дальше.

Передняя часть товарного отделения представляла собой запутанную систему пересекающихся коридоров, предназначенных для ускорения погрузки и выгрузки.

Сейчас здесь звучали крики, короткие хлопки — выстрелы парализующих пистолетов и топот множества ног.