— Дурень! Ты же с мечом не умеешь обращаться! Зачем ты согласился?!

— Я… я научусь, — заверил ее Дар. — Ты меня научишь…

— Ты видишь их? — Тьяра махнула рукой в сторону тренирующихся детей и подростков. — Они берут в руки меч в пять лет! А тебе уже четырнадцать! И у нас неделя до испытания!!!

— Целая неделя, — невозмутимо ответил Дар и улыбнулся.

Тьяра посмотрела на него и тяжело вздохнула. Будь что будет.

— Бери… — сказала она, протянув ему деревянный меч. — Это кэн, предшественник. Прежде чем взять в руки боевой меч, надо научиться владеть им.

Дар пристально рассматривал вырезанный из тяжелой постъядерной хвои черный кэн — в общем-то, довольно толстую палку с помятыми от ударов краями, а Тьяра тем временем продолжала свою лекцию:

— …важно уважать его, как настоящий меч, и относиться к нему так же. Это первый шаг к тому, чтобы научиться фехтовать. Используй воображение, представь, что он настоящий… Настоящий меч с одной стороны заточен так, что нельзя коснуться его, не поранившись. Здесь у настоящего меча кончается рукоять и начинается лезвие. Настоящий меч хрупок и ломается, если ударить его сбоку. Помни все это, когда будешь обращаться с кэном.

Дар кивнул. Хорошо. Ученик должен быть немногословным. За это можно его прямо сейчас наградить историей:

— Не воспринимай кэн как игрушку, Дар. В умелых руках он способен не уступить боевому мечу. В давние времена жил великий воин, который никогда не носил боевого меча — только кэн. Он ходил по различным землям и побеждал лучших бойцов, выходя с кэном против стального клинка…

Теперь чувствовалось, что ученик смотрит на деревянный меч с куда большим уважением, чем до этого… ну хватит приготовлений уже!..

— Начнем, — сказала Тьяра. — В фехтовании есть семь начал — семь простых ударов. Важно выучить их, чтобы идти дальше. Это как буквы: изучив буквы, ты сможешь читать и писать. Здесь то же… Сначала я научу правильно держать меч. Смотри…

>Шестая гильза

— Отец, он обычный мальчик, — сказала Яна. — Очень добрый и тихий. Я бы сказала, ему грустно и одиноко.

— Одиноко? — поднял бровь Йет. — Так и составь ему компанию.

— Он все время зовет меня к себе, чтобы поговорить… — кивнула девушка.

— И что же говорит тебе Голос Фенрира?

— Я не слышала Фенрира ни разу, отец. Только Редьяри.

— Хорошо, иди…

Оставшись один, Йет погрузился в размышления… Безусловно, Фенрир посещает мальчика, но он не все время с ним… или же просто таится за его спиной и наблюдает… Как бы там ни было… во-первых, армия еще не собрана и не упорядочена, чтобы настало время избавиться от мальчишки… а во-вторых, страх перед тем чудовищем, которое разорвало пятнадцать взрослых воинов на его глазах, еще слишком глубоко сидел в душе Йета, чтобы он мог решиться на что-либо…

Пусть все идет своим чередом. В любом случае, сначала надо набрать элитные отряды, как велел Фенрир. Отбор уже идет. Йет выделил в качестве судей своих самых доверенных людей…

>Седьмая гильза

— Он обычный парень, папа, — оценила Влада Ульяна. — Очень добрый и веселый. Мне только кажется, ему одиноко здесь.

— Армани-младший не говорил тебе, почему приехал он, а не его отец?

— Я пыталась выспросить, но он отвечает, что старик приболел…

— Как это не похоже на Алекса Армани… — покачал головой Давид и смерил дочь оценивающим взглядом. — Поговори со своим подопечным еще. От одиночества человек порой становится откровеннее… Ладно, позвони мне вечером, — сказал он и выключил экран…

Но стоило маленькому экрану сотового погаснуть, как Давида посетила ужасная догадка… и он тут же вновь набрал номер дочери.

— Что-нибудь случилось, пап? — удивилась Ульяна, увидев на экранчике испуганное лицо отца.

— Ты сказала: парень…

— Да, а что…

— Владиславу Армани сорок лет!!!

— Пап, ты что, упал? Он выглядит лет на двадцать пять — не старше…

>Восьмая гильза

Тьяре часто приходилось обучать основам фехтования малышей. Так вот, они напоминали в своем поведении белок. Бывали моменты, когда они внимательно слушали и прилежно учились, но чаще, особенно после первого часа тренировки, начинали беситься и заниматься ерундой. К тому же, дети обучаются медленно, и надо быть воистину великим тренером, чтобы заставить их надолго на чем-нибудь сосредоточиться…