Одетта вздохнула. Американский армейский джип времен Второй мировой войны был самым древним и ненадежным в техническом отношении экспонатом автомобильной коллекции Джоба. В нем было холодно, неудобно, но, что самое главное, через каждые двадцать миль в нем обязательно что-нибудь ломалось.

Пятница, когда должна была состояться прощальная вечеринка у Джун, выдалась на удивление ясной и солнечной. Джун крутилась по хозяйству уже с самого утра — помогала матери готовить угощение на двадцать человек. Из всех установленных в доме динамиков — а их здесь было не меньше дюжины — звучала бравурная, а главное, очень громкая музыка.

Джей тоже не сидел без дела и, как только поднялся, резал на кухне овощи. Джун металась между кухней и гостиной, отвечая на многочисленные телефонные звонки. По дому бродили собаки родителей Джун и, взволнованные всем происходящим, безостановочно лаяли.

В разгар приготовлений позвонила Эльза.

— Похоже, у меня ребенок идет, — выдохнула она в трубку.

— Кто едет? — крикнула Джун, которая ни черта не слышала из-за стоявшего в доме оглушительного шума. — Я его знаю?

— Мой малыш, дурочка! Я рожаю, понятно? — взвизгнула Эльза, после чего трубку у нее выхватил Йен.

— Как ты понимаешь, Джу, мы не сможем сегодня приехать. — У него был очень взволнованный голос. — На улице уже стоит машина, чтобы отвезти Эльзу в больницу. — В трубке послышался переходящий в протяжный вопль крик Эльзы. — Это моя супруга желает тебе хорошо провести сегодня время, — с минуту помолчав, добавил Йен.

— Спасибо. Желаю вам… — начала было Джун, но трубку на противоположном коние провода уже повесили.

Джун тоже повесила трубку и стала думать над тем, как лучше рассадить гостей. Когда позвонила Одетта и, не в пример некоторым, заявила, что обязательно у нее будет, да еще и не одна, Джун удивилась: прежде Одетта никогда не приезжала на вечеринки с мужчинами.

Сопровождать Одетту на вечеринку к Джун вызвался не кто иной, как Джимми Сильвиан. Впрочем, «вызвался» — было не совсем то слово. В определенном смысле он на это напросился. Да еще и выпросил у нее разрешение прихватить с собой своих собак — Нельсона и Уинни. Поехали в пикапе Джимми. Во-первых, в армейском джипе они бы с собаками просто не поместились, а во-вторых, эта древняя машина упорно отказывалась заводиться, обратившись в музейный экспонат в прямом, так сказать, смысле.

Джимми гнал машину, как гонщик, мечтающий выиграть «Гран-при», и на поворотах Одетта закрывала от ужаса глаза и вцеплялась пальцами в ремень безопасности.

— В Южной Африке мы всегда так ездим, преследуя стада зебр или антилоп, — объяснил Джимми.

Одетта молчала, замирая от ужаса всякий раз, когда Джимми, отчаянно сигналя, оказывался в опасной близости от какой-нибудь машины на трассе. Ругать Джимми ей не хотелось: похоже, добраться до Джун без его помощи ей вряд ли бы удалось.

— Что-то вы сегодня непривычно тихая, — сказал Джимми, обращаясь к своей пассажирке. — О чем думаете, если не секрет.

— Мне жаль, что вам не придется увидеть старый дом Гленнов при свете дня. Это — настоящее чудо.

В темноте дом Гленнов — перестроенную старинную приходскую церковь — едва можно было разглядеть, хотя он и стоял на вершине холма. По счастью, подъездную дорожку в свете фонарей было видно неплохо, и Джимми уверенной рукой направил свой пикап в ту сторону.

Собаки отчаянно лаяли, требуя выпустить их из машины, и Джимми задумчиво чесал в затылке, не зная, что делать: вечера все еще были холодными, и запирать собак в пикапе ему не хотелось.

— Прежде чем выпускать собак, надо спросить Джуди и Говарда, — сказала Одетта. — У них тоже есть собаки, которые, между прочим, могут не поладить с вашими.

Мать Джун услышала собачий лай и крикнула с порога:

— Ни о чем не беспокойтесь и заводите собак в дом. Эффи и Блайнду такая компания понравится.

Большинство гостей уже собралось в просторной и уютной гостиной Гленнов. Сквозь неплотно прикрытую дверь видна была столовая, освещенная свечами в подсвечниках и канделябрах.

— Одди! — Джун бросилась к Одетте и закружила ее в объятиях. На Джун были серые атласные брюки и топ из черно-зеленого бархата; выглядела она просто великолепно. Выпустив подругу из объятий и отдышавшись, Джун сказала: — Мы тут рассматриваем фотографии со свадьбы Эльзы и Йена. Ты свои, случаем, не прихватила?