– Мы уже заплатили.
– сказал тот что стрелял.

– Может, вы и заплатили кому, но не тому кому надо.
– ответила она.
– Эти олени принадлежат организации Возрождение Жизни на Ренсе.

– Это вранье.
– сказал Ли.
– Мы смотрели все каталоги, нигде ничего такого нет...

– Если мне не изменяет память, два месяца назад вы убили другого оленя.
– сказала женщина, взглянув на него.
– Ни тогда, ни сейчас вы не заплатили за это.

– Да кто ты такая?!
– воскликнул Ли.

– Спокойно, Ли.
– сказал Хан.

– Может, вы покажете документ, по которому будет видно, что они принадлежат вам?
– спросил один из охотников у женщины.

– Не покажу.
– ответила она.

– Значит, они вам не принадлежат. Вы здесь вовсе никто.
– Охотник поднял ружье, направляя его на женщину, и выстрелил.

– Черт!
– воскликнул Хан.

– Ты что-то имеешь против?
– спросил охотник у него и направл оружие.

– Эй-эй!
– воскликнул Хан, отскакивая.
– Я ничего не сказал!

– А теперь закопайте ее.
– сказал дентриец.
– И дело с концом.

Они прошли к месту, где стояла женщина.

– Эй, а где она?!
– воскликнул Хан, оглядываясь. В траве никого не было.

– Хр-р-р...
– донеслось со стороны. Хан обвернулся и увидел тигра, летевшего на него.

– Не-ет!
– Закричал он.

Клыки зверя сомкнулись на его горле.

– Стреляйте же!
– Закричал Ли, когда на Хана напал зверь.

Трое охотников открыли огонь по зверю. Он поднялся и повернулся к людям, показывая свои окровавленные клыки.

– Хорошая будет охота!
– Зарычал зверь на дентрийском.

– Это неос!
– Закричал кто-то из троих и они все бросились бежать. Ли побежал за ними и не успев сделать несколько шагов оказался сбитым зверем.

– Пощади!
– Завыл он.

– Где ты видел, что бы хищник щадил жертву?
– Зарычал тигр и Ли ощутил прикосновение его клыков. Они обожгли его горло, и в глазах исчез свет...

Саманта преследовала трех охотников. Она нагоняла их и убивала того, который бежал последним. Затем она догоняла оставшихся... Последний вскочил в вертолет и закрыл дверь прямо перед ее носом.

– Пошла вон, зверюга поганая!
– закричал дентриец. Он начал судорожно щелкать что-то на панели управления вертолета и Саманта отбежла от него. Человек замер, увидев это через окно, а еще через мгновение вертолет взорвался изнутри. Дентриец вылетел наружу выбивая собой дверцу.

Саманта подошла к нему и перевернула его лицом вверх.

– Закон это закон.
– прорычала она.
– На Ренсе запрещена охота на зверей. И ты это знаешь.

– Не убивай...
– проговорил человек.

– Мне это незачем. Ты и сам умрешь через десять минут.
– Саманта оставила человека и ушла. Через несколько секунд она уже была среди своих оленей. Она увела их по реке.

– Замечен огонь в степи.
– сказал дежурный.
– Похоже, это какой-то взорвавшийся вертолет. Передаю координаты...

– Вы уверены, что это вертолет?

– Погода ясная, сэр. Я уверен. Это вертолет. Рядом лежит человек. Высылайте спасателей.

Прибывшая группа обнаружила на месте сгоревший вертолет и мертвое тело человека. Рядом были какие-то следы, но ветер давно занес их песком и было сложно понять, сколько было людей в вертолете.

– Пройдем по следам, пока их не совсем замело.

Они нашли еще четырех человек. В отличие от первого, эти четверо были загрызены зверем.

– Пять трупов.
– сказал командир спасателей. Четыре загрызены, пятый, похоже, убит взрывом в вертолете.

– Что за зверь?

– Крупный хищник, а какой может ответить только экспертиза. На хмера не похож.

– Вы уверены, что он один?

– Четыре человека загрызены в четырех местах примерно на равном расстоянии. Он бежал за ними, убивал последнего и бежал снова. Зверь был один. Возможно, это был неос. У них были ружья и остались нерастраченные патроны. И еще. Там один убитый олень.

– Олень?
– Послышался удивленный голос.

– Да. Именно олень. Похоже, эти пятеро охотились. Возможно, тот неос был охранником, хотя, это все очень странно.

– Мы попробуем их найти.

Группа оленей была обнаружена в сорока километрах от места смерти пятерых дентрийцев.

– Мы летим туда.
– сказал командир.
– Нужно найти этого зверя.

– Он слишком опасен и, возможно, вооружен.

– Мы тоже не беззубые. Будем все время на связи. Его нельзя упускать сейчас.