Шрифт:
– Сколько у нас денег?
– спросил Джерри, когда они вышли из участка.
– Тысяч пять, наверно, на счету в банке. Мы даже дом себе купить не сможем.
– А если этого бугая выгнать?
– Смеешься?
– спросил Джерри.
– Никакой суд ничего не примет.
– Но он купил краденое, черт возьми!
– воскликнул Джерри.
– Доказательства? Нет никаких свидетелей, что мы получили за дом именно этим чеком. А в бумаге не стоит его номер и... Черт возьми, как мы все это прошляпили!
Они прошли по городу и вошли в гостиницу, где снимали номер.
– По моему, нам надо искать этого паразита самим.
– сказал Джерри.
– Начинать прямо с аэропорта.
Они не подымались в номер и сразу же спустились, решив отправиться на поиски. В аэропорту не было никаких следов. Джерри и Азир расспрашивали служащих...
– Он мог вовсе не лететь.
– сказал Азир в какой-то момент.
– Сел в машину и ищи ветра...
– Ну и что нам делать?
– спросил Джерри.
– Мы даже детектива нормального нанять не сможем.
– Он откуда узнал о нас?
– спросил Азир.
– Из газеты.
– вздохнул Джерри.
– Черт возьми. Какая же он скотина!
– Вор он, а не скотина.
– сказал Джерри.
– Едем отсюда.
Они уехали из аэропорта и вскоре оказались в гостинице. Они молча сели перед телевизором и стали смотреть новости по первому попавшемуся каналу...
– Азир!
– воскликнул Джерри.
– Что?
– спросил Азир, встрепенувшись.
– Смотри!
– Джерри показывал в телевизор.
– Это же... Саманта...
– Ну да, она.
– сказал Джерри и включил громче.
– Скажите, что вы чувствовали, когда вытаскивали этих детей из огня?
– Спросил корреспондент у нее.
– Вы никогда так не делали?
– Спросила она.
– Нет.
– Ответила корреспондентка.
– Зря. Сделайте и узнаете все чувства. А рассказывать их словами, все равно что голодного кормить картинками с бутербродами.
– Вы не хотите назвать себя?
– Спросила корреспондентка.
– Нет.
– Хотя бы имя...
– Зачем вам это нужно?
– Спросила Саманта, двигаясь вперед. Корреспондентка все еще была перед ней.
– Мы хотим знать ваше имя. Вы же совершили героический поступок.
Саманта встала.
– Я думаю, вам будет достаточно узнать, что я не дентрийка.
– Ответила Саманта.
– Хотите спрашивать дальше?
– Вы чем-то обижены на дентрийцев?
– Ужасно обижена. За вашу неблагодарность.
– Как же вас благодарить, если вы даже имя свое не назвали?
– Мне смешно от вашего непонимания.
– Ответила Саманта.
– Вот, когда поймете как это сделать, тогда, быть может, я и назову себя.
– Что сделать?
– Спросила корреспондентка.
– Вы уже забыли о чем спрашивали?
– Спросила Саманта с сарказмом.
– Я спрашивала ваше имя, я вы не хотите его назвать. Вы сделали что-то, почему не хотите назвать себя?
– Я не сделала ничего о чем сожалела бы. Я помогала детям, а не вам. Кое кому из вас, я имею в виду дентрийцев, я вообще голову отвернула бы за ненадобностью. Кстати, могу вас порадовать. Кое кто уже узнал меня и спешит сюда, так что мой вам совет, держитесь от меня подальше, если не желаете пострадать.
– Кто они?
– Спросила корреспондентка.
– Взгляните назад.
– Ответила Саманта. Камера повернулась туда и рядом остановилась машина, из которой выскочило несколько вооруженных людей в формах спецчастей ОПД.
Камера вновь повернулась к Саманте, но не нашла ее.
– А где эта женщина?
– спросила корреспондентка.
– Она куда-то быстро ушла.
– Сказал кто-то.
– Куда?
– Туда.
– Сказал он, показывая направление.
Кто-то сбил телерепортера и камера упала на бок. Было видно, как вдоль улицы помчались солдаты.
– Сарен, ты в порядке? Что делается? За ней погнались солдаты...
Человек с камерой поднялся и навел ее на женщину.
– На этом мы заканчиваем это прямое включение. Надеюсь, нам удастся разобраться во всем что происходит. А пока за женщиной, спасшей семдесят шесть детей из огня гоняются солдаты спецназа...
На телеэкране появился шум, после чего объявился диктор, смотревший в сторону.
– Кажется, у нас оборвалась связь.
– сказал он.
– Мы продолжим этот репортаж, когда связь наладится...