Шрифт:
- Ты чувствуешь силу агорианского духа в себе? – полюбопытствовал официант.
- Будешь много знать – быстро протухнешь. Работа с духом не входит в компетенцию младшего клана.
- Молчу! Каковы будут указания?
Сид-вирус провел рукой по щеке, отчего пепел от двухдневной щетины Сида-тестера размазался по его лицу боевой раскраской бутафорского индейца:
– Что это? – он посмотрел на запачканную ладонь.
- Подпалили немного тело, когда внедрялись, – с дрожью в голосе объяснил мигрант.
- Нужно аккуратнее с ними. То-то я думаю, чего это от меня курицей жаренной несет?
- Это от меня, – робко оправдался официант. – Утка, зажаренная с ананасом. Четвертый столик.
- Хорош болтать, четвертый столик, – прервал его вновь прибывший вирус. – План простой, как твоя ДНК. Встречаем следующего тестера, благо он быстро явится на сигнал зеркала. После мы его немного портим, и он раненой куропаткой трусит к своему папочке, латать дыры. Шагаем следом, подходим к калитке и находим заветную кнопку, на которую жмут эти примитивные существа, когда хотят домой. Вуаля!
- А вдруг они не кнопку жмут?
- Мда-а-а… Прости, дружок, но ты тоже, кажется, не сложный. Сэкономил Шо на интеллектуальных способностях копиров. Определенно сэкономил.
- Копиров? – повторил Боб, не отрываясь от монитора коннектера. – А я уже его мигрантом успел окрестить.
Вирус оценивающе оглядел копира с ног до головы:
- Меняемся телами. Я в обличие официанта встречаю жертву и веду за ней наблюдение.
- За Серафимом, – охнул, догадавшись, академик.
- А ты, по моей команде, выводишь его наружу и делаешь в нем маленькую, я предупреждаю, маленькую дырочку, – продолжил вирус.
- А чем?
- Да хоть пальцем! – вспыхнул верион.
- Пальцем? – не понял едкой иронии копир.
- И с кем мне приходится только работать, – горько констатировал верион. – На месте сориентируемся!
- А как мне его из ресторана выманить? – не унимался туповатый копир.
- За тебя уже всё придумали, мой одноклеточный дружок. Несколько смен нарядов, я имею в виду человеческих оболочек… Впрочем, кому я все это объясняю? Сейчас твоим основным делом будет передача в мое пользование эксплуатируемой тобой особи и конспиративные действия, типа – сидеть и не высовываться.
- Понятно…
Экран коннектера залил яркий свет. Картинка на дисплее заморгала и пошла ровными горизонтальными полосами. Видимо переброска вирусов между телами нарушила целостность архивов памяти у юноши-официанта.
Боб наморщил лоб. Он еще раз прокрутил индикатор коннектера, нашел место, где тело Сида под действием разряда пушинкой взлетает под потолок, и выключил прибор.
- Влипли…
- Не тяни! – взмолилась Ката.
- Какое количество персонала сейчас находится на субстрате?
- Не знаю… - пожала плечами дочь. – Тебе видней. Как всегда, наверное. Около ста двадцати агорианцев. Но при чем здесь сейчас это?
- Произведи пеленг! Мне нужно знать о судьбе каждого! Живо!
- А что делать с Серафимом? Ты-то хоть не забыл взять с собой улавливатель? – робко спросила Катарина, которую, в первую очередь, заботила жизнь собственного мужа. – Нам ведь еще его дух нужно отыскать. И Сида. Он тоже в отключке недетской.
- Недетской, – зло передразнил Катарину отец. – А что тогда детский сад развели? Без оборудования прикатили?
- Пап, ты что? – охрип от обиды голос ловчей. – Еще кричать на меня взялся! Я говорила тебе – не посылай Серафима на Землю! Хорошо, хоть присмотреть за ним решила! Вот как чувствовала!
Боб лишь кивнул в сторону прихожей:
- Там где-то ваш улавливатель.
Хмурая Катарина пулей вылетела из комнаты.
- Ни одного маяка! – Боб удрученно развел руками. – Сид ничего после себя не оставил.
- Может шарманка поломалась? – предположила Гренадерша, и легонько пнула улавливатель.
- Осваиваем новые методы ремонта высокочувствительной аппаратуры? – двинулся на нее взведенный до предела Борк.
Даже он – всегда спокойный, как сытый ленивец, готов был сейчас сорваться. Шутка ли? Ведь никто из отряда даже предположить не мог, что увидит нечто подобное. Они так привыкли поджаривать хирургов, что перестали считать вирусы опасными. До такой степени - смертельно опасными.
- Может и поломалась, – остановил порыв Борка академик, старавшийся своим примером поддерживать позитивный настрой в команде. – Проверим еще раз. Теперь очередь Серафима.