Морестан. Он сам не знает, в курсе ли он!

Севинье. А ребенок? Что говорят, он от него или нет?

Морестан. Стали говорить, что от него, только после того, как он съездил по физиономии своей бабушке.

Пауза.

Севинье. Мне кажется, мы с вами отлично сработаемся.

Морестан (тепло). Я так себе сразу и сказал.

Севинье. Знаете, если вы увидите, что я отвлекаюсь или выхожу из себя…

Морестан. Будьте спокойны, господин следователь. Можете на меня положиться. Вдвоем меньше риска что-то упустить.

Севинье. Слава богу, не все дела такие, как дело Шариньона. Например, дело на улице Фэзандери, – ясно, как божий день!

Морестан. Как божий день!

Открывается дверь. Входит Антуанетта, жена Севинье. Это молодая женщина, очень хорошенькая и веселая. В руках у нее большой букет цветов.

Антуанетта. Добрый день!

Севинье. Здравствуй, дорогая. Ты знакома с господином Морестаном, моим секретарем?

Антуанетта (очень любезным, светским тоном). Мы, кажется, вчера виделись.

Морестан. Здравствуйте, мадам.

Севинье. Тебе придется отвыкать входить в мой кабинет как к себе домой. То, что здесь происходит, – очень серьезно. И важно.

Антуанетта. Прекрасно! Согласна!

Севинье. Что ты собираешься делать с этими цветами?

Антуанетта. Поставить в вазу. Кабинет ужасно мрачный.

Севинье. Кабинет следователя – не банкетный зал. Будь добра, унеси этот букет.

Антуанетта (указывая на рамку с фотографией на столе, к Севинье). И моя фотография останется без цветов?

Севинье. Извини, да.

Антуанетта (поднимая воротник пальто). Здесь можно окоченеть от холода!

Севинье. Кому ты это говоришь!

Морестан. Я советовал господину следователю ходить из угла в угол, чтобы согреться. Очень помогает. А на некоторых обвиняемых, кроме того, и производит впечатление.

Антуанетта (ледяным тоном). А-а-а…

Короткая пауза. Некоторое замешательство.

Морестан. Мне кажется, я должен пойти поискать у кого-нибудь досье Шариньона. Что вы на это скажете?

Севинье. Мне кажется, мы с вами отлично сработаемся.

Морестан выходит.

Антуанетта (презрительно оглядывая кабинет). И ты думаешь, что с таким кабинетом можно добиться успеха?

Севинье. Я рассчитываю не только на кабинет. Но признаюсь – здесь ужасно.

Антуанетта. О-ля-ля… И другого лифта нет?

Севинье (с жестом бессилия). Нет.

Антуанетта. Весело! Семнадцать человек было в очереди внизу. Я поднималась вместе с убийцей с Бургундской улицы.

Севинье. Не может быть! Для подследственных особый лифт.

Антуанетта. Во всяком случае – был похож. Страх божий. Нечто среднее между Квазимодо и Франкенштейном. Все в лифте были в ужасе.

Севинье. Бедная Антуанетточка!

Антуанетта. Он меня спросил, не для него ли эти цветы.

Севинье. Я тебе повторяю – цветы здесь неуместны.

Антуанетта. Я их отнесу твоей матери.

Севинье. Она решит, что дни ее сочтены.

Антуанетта. Я ей скажу, что мне их позавчера подарили, и у меня их слишком много.

Севинье (саркастически). Как ты балуешь мою мамочку!

Антуанетта (снова оглядываясь). Как вспомню твой уютный кабинетик в Версале!..

Севинье. Но мы в Париже, понимаешь? В Париже! И мне только тридцать четыре года!

Антуанетта. Скажи, любимый, ты пробьешься?

Севинье. Надеюсь.

Антуанетта. Не забывай, что в твоем возрасте будущее – вот оно, начинается сейчас!

Севинье. Не забываю.

Антуанетта. Думай о твоей матери, у которой ты один.

Севинье. Думаю.

Антуанетта. Думай о моих престарелых родителях, они еще больше нуждаются в поддержке, чем твоя мать.

Севинье. Я только о них и думаю.

Антуанетта. Как ты с прокурором?

Севинье. В очень хороших отношениях.

Антуанетта. Я говорю о генеральном прокуроре.

Севинье. Я тоже.

Антуанетта. Будь с ним полюбезнее.

Севинье {его забавляет разговор). Слушаюсь!

Антуанетта, Не противоречь. Делай все, что он тебе скажет.