Пейзаж гостиной завершал камин с единственной фотографией в рамке, с которой на гостей смотрела симпатичная молодая девушка. Диван и несколько стульев – на этом обстановка исчерпывалась. Если бы не картина на стене, комната выглядела бы пустой.

Майкл усадил гостей на диван, а сам устроился на небольшом табурете.

– Я вас слушаю.

Неожиданно для себя самой, Анна почувствовала разочарование. Глядя на этого человека, она не верила, что он сможет доставить ее к сестре. С круглыми очками, мягкими чертами лица, тонкой шеей, кожа на которой была гладкой, как у девушки, он больше напоминал библиотекаря, чем супергероя, образ которого успело нарисовать ее воображение. Не верилось, что этот человек способен на что-то большее, чем марание бумаги или возню с калькулятором, который валялся здесь на столе. «Может быть, он бухгалтер?»

– Я привел тебе клиента, Майкл, – сказал Чарли. – Этой женщине нужно в Кубу.

– Всем нужно в Кубу, – ответил очкастый бухгалтер. – Слава Богу, солдаты ловят таких еще на подходе.

– Да, но тут другое дело, – возразил Чарли. – Они лезут наобум, а если ее повезешь ты, то есть гарантия…

– Нет гарантии. И быть не может. Ты же знаешь это не хуже моего, Чарли. Зачем вообще этот разговор? Я не катаю туристов.

– Она не турист.

– А на вид – вылитый.

Анна вспыхнула и встала с дивана.

– Я не думаю, что разговор в таком тоне имеет смысл. Чарли, давайте лучше пойдем к этому Грантмахеру. Возможно, он и сумасшедший, но, надеюсь, не хам.

Она повернулась к двери.

– Подождите.

Майкл выглядел смущенным.

– Ладно. Извините. Я не хотел вас обидеть. Сядьте.

Анна снова опустилась на диван.

– Зачем вам в Кубу?

– Там должна быть моя младшая сестра. Я не знаю, что с ней. Я пересекла полстраны. Я устала. И мне страшно… Но я должна туда попасть, пусть даже и не хочу этого. Я должна. Понимаете, мы с сестрой…

Анна стала пересказывать Майклу свою историю. Она рассказала о смерти родителей и о том, как заботилась о Софии, отказавшись от всех удовольствий привольной студенческой жизни. Поведала о невысказанных обидах, появившихся между ними, и как они все больше отдалялись друг от друга. О списках пропавших. Ее как будто прорвало – наверное, на исповеди не говорят того, что было сказано здесь, в маленькой гостиной захолустного городка.

– Думаю, во многом я виновата сама. Эта обида – глупая, детская обида – как будто у меня отняли куклу в песочнице. Я заупрямилась тогда, а теперь понимаю, что сама оттолкнула сестру. Завернулась в свои переживания – мне было так жалко себя. Она не понимала или не хотела понять, что я сделала для нее! И вот к чему это привело. Если бы не…

Майкл слушал внимательно, и с течением рассказа лицо его все больше мрачнело. В какой-то момент Анне показалось, что он принял решение. Его губы сжались, на лбу появились морщины. Согласится или нет? А хочет ли она этого? Хочет ли на самом деле? Все так сложно и так страшно. Господи! Почему столько раз приходится проходить через один и тот же выбор? Быть может, это судьба велит ей остановиться? Остановиться, пока еще не поздно.

«Хорошо. Судьба так судьба. Я действительно сделала все, что могла. Пусть теперь этот бухгалтер с лицом библиотекаря – пусть он принимает решение. Я соглашусь с ним. Но только, пожалуйста, пусть это будет правильное решение!»

– Вы понимаете, что хотите сделать? – спросил Майкл, после того как она закончила.

– Туманно.

– Вы знаете, что мы можем не вернуться?

– Да, знаю.

– Что вы не сможете пробыть в Кубе больше недели?

– Да.

– Что вашей сестры может не оказаться в свободной части города, а если окажется, она не сможет его покинуть?

– Да.

– И все равно хотите ехать?

– Да. Хочу.

Майкл опустил голову и начал тереть лицо ладонями.

– Холодный чай будете?

– Вы отвезете меня туда?

– Отвезу.

– Сколько это будет стоить?

– Я не возьму с вас денег. Но вы должны мне кое-что пообещать.

– Что?

– Что с вами не будет проблем. Никаких проблем.

– Я сделаю все, что скажете.

– Хорошо. Вы остановились у Чарли?

Анна растерянно замолчала, не зная, что ответить.

– Да, – сказал Чарли.

Майкл замолчал, разглядывая Анну. Он смотрел на нее целую вечность, и ей стало казаться, будто он пытается увидеть что-то, прячущееся глубоко в ее мыслях. Что-то, что даст ему ответ на какой-то внутренний незаданный вопрос. Она тоже смотрела на него. Потом взгляд Майкла сместился, скользнул по Чарли и снова остановился на Анне.

– Так вы чай будете?

Майкл накрыл на круглом столике, сдвинув в сторону набросанные там бумаги. Анна пила чай маленькими глотками. На нее нахлынуло чувство отстраненности, нереальности всего происходящего. Как будто она смотрела кино, в котором играла актриса, как две капли воды похожая на нее. Она переступила черту, слава Богу – хватило сил, и теперь от нее больше ничего не зависит. Теперь Анна чувствовала себя почти хорошо. «Будь что будет!»

– Отсюда до Кубы примерно сто миль.