Между Нэшвиллом и Мемфисом три часа езды по шоссе номер сорок. Вполне достаточно времени для того, чтобы поиграть с моим шрамом.

Это вошло у меня в привычку. Средним пальцем руки я разглаживала переднюю часть шрама, пытаясь хоть как-то уменьшить его. Я ощущала небольшой твердый комок, который, как натянутый нерв, пульсировал под поверхностью келоидного шрама. Я всеми силами пыталась разгладить его, но результата пока не было. В последнее время я заметила, что стала невольно поворачиваться к людям правой стороной лица, стараясь скрыть от них обезображенную часть шеи. А если такой возможности не представлялось, я просто закрывала левую часть шеи волосами. Это было крайне неприятно, а движения шеи стали так или иначе определять всю мою жизнь: вождение автомобиля, манеру говорить с моим боссом и даже попытки скрыть свой шрам от Серхио. Только со своей матерью я вела себя спокойно, могла прямо смотреть ей в глаза и не думать о шраме.

Когда же ее не было рядом, я вспоминала о виски «Уайлд терки».

— Все, довольно, девушка, — сказала я себе, проходя мимо винного магазина, расположенного на противоположной от парковочной площадки улице в городке Джексоне. Я быстро села в машину, захлопнула дверцу и уехала прочь.

Я чувствовала необходимость чем-то занять руки. Хорошо, что мой друг по кафе, молчаливый писатель Тони, оставил мне сигареты. Я вынула из сумочки полупустую пачку и прикурила от старой, но все еще работающей автомобильной зажигалки.

Моя мать вряд ли одобрила бы это, но, с другой стороны, возможно, не стала бы сильно ругать меня, если бы увидела, что я перестала терзать пальцами свой шрам.

Поиски владельца собаки имели далеко идущие последствия. Фактически это была отчаянная попытка вычислить убийцу моей сестры. Но это было мое свободное время, которое я могла провести по собственному желанию. Мне пришлось пообещать матери, что риск будет не каждые выходные. Я даже предложила взять с собой Серхио, но она не одобрила эту идею.

— Извини, hija. [45] Хватит с него того, что он уже знает, что его мать работает в полиции. А подробности ему ни к чему.

Она оставила его дома и даже собиралась взять с собой на церковный праздник, который устраивает в воскресенье местная церковь в западной части Нэшвилла. Во время этого праздника будут собирать деньги на строительство окружного реабилитационного центра для наркоманов. Серхио поиграет там с другими детьми, пока взрослые будут заняты организацией праздника и сбором пожертвований. Я знала, что для Серхио это гораздо интереснее, чем выслушивание моих скучных бесед с местными полицейскими из Мемфиса.

А поговорить мне с ними есть о чем. Почему нет достаточной информации о собаке? У этого пса должна быть биография. Ведь это он смотрел в глаза убийцы моей сестры.

— Лучше бы вы остались дома, детектив, — сказал дежурный полицейский в главном полицейском управлении Мемфиса. — Все данные по делу об убийстве в Шелби-Форест находятся в отделе ФБР штата Теннесси.

— Шелби-Форест?

— Да, тела троих молодых мужчин обнаружили в заброшенном сарае неподалеку от парка Шелби-Форест, что в пяти милях от реки Миссисипи. — Офицер по имени Макдэниел, старше меня, с короткими седыми волосами, был деликатен со мной, но при этом старался не смотреть в глаза и демонстративно не обращал внимания на мой шрам. — Полицию Мемфиса вызвали туда только потому, что эти парни из нашего города. Но я еще раз говорю вам, что в БРТ об этом деле знают больше, чем мы.

Бюро расследований штата Теннесси, которое находится в Нэшвилле. Значит, он считает, что я зря потратила свое время, приехав в Мемфис.

— А сейчас здесь есть кто-нибудь, кто так или иначе занимался этим делом?

Он снял телефонную трубку.

— Сейчас узнаю, здесь ли еще Дарла. Она занималась оцеплением и охраной места преступления. — Он набрал номер, немного поговорил со своей сотрудницей и повесил трубку. — Назад по коридору, дверь у окна, которое выходит на спортивную арену. Это лучший вид из нашего здания.

Дарла встретила меня дружелюбно, встала из-за стола и пожала мне руку. Макдэниел был прав, из окна ее кабинета действительно открывался прекрасный вид на стеклянное треугольное здание спортивного комплекса.

— Рада познакомиться с вами, детектив, — сказала она совершенно искренно и даже с некоторым чувством восхищения. — Я внимательно следила за расследованием дела Нефритовой Пирамиды и должна сказать, что вы провели его просто великолепно.

Я поблагодарила ее, а потом задала вопрос, который напрашивался сам собой, поскольку на ее столе лежала изрядно потрепанная книга Хэнса Гросса «Криминальное расследование».

— Вы интересуетесь расследованием убийств?

— Да, конечно, — подтвердила она и предложила мне сесть. — Книга Гросса вышла давно, но все еще не утратила своей актуальности.

— Да, он первый создал систему проведения следствия и фактически превратил ее в науку.

Три или четыре минуты мы говорили о теориях Гросса, а потом она неожиданно сменила тему разговора:

— Знаете, я очень хотела бы услышать от вас, как вам удалось повязать этого убийцу. Вы надолго в Мемфис?