– Виктория, ты не возражаешь? – Он умоляюще глядел на девушку, которая внимательно слушала индусского мудреца.

Она, молча, кивнула и не усидчивый супруг, не оборачиваясь, пошел на выход, гордо подняв голову и сильно прихрамывая на правую ногу.

Прошло около двух часов 'краткого посвящения в таинство' и Вика окончательно запуталась в сложных терминах, течениях, чакрах и прочих тонких вещах присущих йоге.

Ей хотелось закрыть уши и бежать без оглядки, но страх перед ночными кошмарами приковал ее к циновке и она лишь умоляюще поглядывала на доктора –' Может на сегодня хватит?'

– И последнее,– Харше поднял палец к небу, – что же такое йога? Это Виктория, философия познания Бога через слияние с ним души и тела!

Терпеливая ученица благодарно захлопала многословному гуру и выразительно посмотрела на часы.

– Завтра в шесть буду ждать вас в кабинете, – Харше легко поднялся и достал из глубины своих белых широких штанов блокнот, – с вами будет заниматься еще одна девушка, так что будете вдвоем познавать Бога.

Он взял с пола толстую книгу, затем опустил руку в карман своего черного кафтана и достал оттуда счет. Харше что-то быстро написал на листке.

– Возьмите вот эту книгу, внимательно прочитайте ее на досуге, а вот эту квитанцию передайте своему мужу, – гуру поклонился Виктории, и она с облегчением поспешила к ожидающему ее в машине Генриху.

А он, откинувшись на спинку сиденья, мирно спал. Вика села тихонько рядом и положила листок об оплате на панель перед рулем машины.

'Йога-сутра', прочитала она название книги и принялась листать ее в надежде найти рецепт против ночных кошмаров. 'Вот оно! Не двойственность – двойственности!', ученица Харше прочитала эти таинственные строки и отложила книгу в сторону. Девушка расслабилась и принялась медитировать. Она закрыла глаза, представляя свое тело мертвой паутиной, а свой дух и разум живым пауком. Потом Вика попыталась сконцентрировать свою энергетику и приложила кончики пальцев к вискам, ' Я сижу в машине. А теперь…', она мысленно посмотрела на тротуар и вообразила себя стоящей рядом с машиной. 'Мне надо выйти из этой паутины!', девушка резко дала себе команду и направила поток энергии на виртуальный образ на тротуаре.

– Виктория, что это? – Генрих проснулся и махал ей бумажкой перед лицом, – этот индус счет в рупиях выписал, что ли?

Медитирующая красавица сидела с закрытыми глазами и не обращала на него никакого внимания.

– Виктория! Ты меня слышишь?! – Закричал Генрих и легонько потряс ее за плечо.

От громкого крика и встряски, Викин образ на тротуаре мигом испарился, и она оказалась опять в машине. Девушка осторожно взяла бумажку из рук Генриха.

– Ну, ведь доктор Харше так долго говорил, – она перевернула квитанцию, на обратной стороне были написаны тарифы гуру. – Смотри, один час двести евро. А я пробыла там два с половиной часа, итого пятьсот.

– Я как чувствовал, что мне надо было оттуда выйти, – пробурчал экономный владелец отеля и завел машину. – Пятьсот евро сэкономил!

Эта мысль подняла его настроение, и он тихо запел себе под нос, какой – то веселый немецкий марш.

В отель они приехали вечером. Генрих попрощался с Викой, и она поспешила подняться в номер, что бы продолжить эксперимент, начатый в машине.

Вика стала посреди комнаты и мысленно создала свой образ, стоящий в углу. Она так простояла пару минут, но желаемого результата ей это не принесло. И тогда девушка вспомнила про таинственную Агайю. Вика вообразила себя стоящей среди звезд в небе. 'Я одета в античную одежду, и на мне сверкают браслет и диадема. Мое имя …'

– Агайя! – Прошептала она и тут в ее голове возник четкий образ, и Вика стала медленно поднимать руки к небу, переплетая при этом пальцы в замок. Девушка мысленно направила свою энергетику в космос и через мгновенье она с удивлением посмотрела на себя сверху. На ней были одеты древние штаны шаровары и что-то на подобии кожаной жилетки, едва прикрывающую ее грудь, украшенную амулетом. Ноги были обуты в плетенные кожаные сандалии. На руке сверкал витой браслет, а волосы были обхвачены диадемой. Ее руки застыли поднятыми к верху и веки с длинными ресницами были опущены. Тело замерло, потянувшись на носочках к небу, и только грудь размеренно приподнималась при дыхании, слегка раздувая ноздри на маленьком носике….

Когда Вика открыла глаза, за окном уже наступило утро. Она с удивлением осмотрелась вокруг себя. На полу была аккуратно сложена ее одежда, а она сама странным образом очутилась в постели.

Взгляд пробудившейся смуглянки остановился на часах. 'Полдевятого, а еще не собрана!'. Она быстро поднялась и пошла, принимать душ. Ее голова была ясной и тело наполнено жизненной энергией. 'Я себя так хорошо еще никогда не чувствовала!', с этой приятной мыслью, Вика сбросила халат и стала под ледяную воду.

Генрих, приехавший в отель, с удивлением наблюдал за своей супругой. Она расцвела за ночь, как прекрасный цветок, в ее глазах появились озорные огоньки, а появившийся румянец на лице говорил о том, что девушка спокойно проспала всю ночь и ее головные боли остались позади.

– Я начинаю уважать этого странного человека! – С радостью в голосе произнес любезный немец, – тебе непременно надо продолжить занятия у индуса.

– Спасибо тебе Генрих, за понимание и поддержку, – она с благодарностью взглянула на человека, который с безграничной самоотдачей заботился о ней и был готов выполнить все ее просьбы и капризы.