— Не могу отсюда выбраться. Дверь заперта снаружи, — печально произнес Сайрус, втайне надеясь на добрый совет. Но Диана не спешила. Она встала из-за стола, медленно повернулась кругом. Сайрус внимательно следил за происходящим, не решаясь нарушить его ритуальную атмосферу. Невидящим взглядом девочка снова смотрела на своего отца. Сайрус спросил:

— Так нужно?

Девочка улыбнулась, в ее взгляде Сайрус прочел: "Так нужно!".

— Расскажешь потом? — поинтересовался Сайрус иронично.

— Сейчас.

— Есть хочешь? — поинтересовалась Кира у Лиллиан, открывая холодильник.

— Ага, — отозвалась та, — но, разве это правильно?

— ?

— Грабить супермаркет.

Кира ухмыльнулась:

— По-твоему, правильней умереть с голоду?

Лиллиан выбрала пиццу, колу и плитку своего любимого шоколада, от которого отказалась еще очень давно. Какой смысл соблюдать диету и питаться здоровой пищей, если скоро умрешь? — подумала она. Кира же, напротив, в поисках фруктов обшарила весь магазин.

— Начиталась книжек о здоровом питании? — поинтересовалась Лиллиан.

— Аллергия.

— ?

— На все, кроме сырой растительной пищи, — спокойно пояснила Кира.

— Прямо как у моей дочери, — Лиллиан печально улыбнулась.

Больше они не разговаривали. Только, закончив с трапезой, Лиллиан спросила:

— Какие планы?

Кира не спешила с ответом: помолчав с минуту, словно собираясь с мыслями, она произнесла:

— У меня — никаких.

— В таком случае, нам не по пути. Я должна найти… — начала было Лиллиан, но Кира ее перебила:

— Одна ты никуда не пойдешь!

— С какой стати ты указываешь, что мне делать, а что нет? — возмутилась Лиллиан. Но Кира сделала вид, что не расслышала. Тогда Лиллиан встала из-за стола и быстро направилась к выходу. Но Кира ее опередила:

— Твоя дочь просила меня присмотреть за тобой.

— Когда вы с ней говорили? — нетерпеливо спросила Лиллиан.

— Не нужно было тебе рассказывать, но раз уж ты настаиваешь…

— Ну!

— … Диана связалась со мной мысленно, — наконец, собравшись с духом, ответила Кира.

— И ты все это время молчала?! — усмехнулась Лиллиан.

Кира растерянно пожала плечами.

— Будь спокойна, ничего хуже со мной точно не случиться! — бросила Лиллиан у порога. Кира последовала за ней.

Они уже покидали здание торгового центра, когда услышали грохот в аптеке. Кира бросилась туда, Лиллиан же осталась ждать у входа.

К грохоту и торопливым шагам прибавились человеческие голоса. Кира зашагала по направлению источника шума, который привел ее в служебную комнату.

На кушетке, крича от боли, лежал мужчина. От правой ноги его осталась лишь верхняя треть. Из обожженной, наспех перевязанной рубашкой, раны сочилась кровь. Кира с трудом заставила себя посмотреть.

— Кто ты? — услышала она резкий вопрос.

— Не думаю, что вам так важно знать мое имя, — не растерялась Кира, — учитывая, что у вас раненый.

— Если можешь помочь — помогай, — сказал парень, глядя Кире прямо в глаза, — нет — проваливай!

Некоторое время они стояли неподвижно, продолжая сверлить друг друга глазами.

— Кира, — наконец, представилась девушка.

— Адам.

Первым делом Кира внутривенно ввела амидопирин, и, не дожидаясь, когда болевой шок пройдет полностью, а жар спадет, ввела противостолбнячную сыворотку и приступила к обработке раны. Все это время Адам находился поблизости: доставал с полок и приносил медикаменты. Все это время в голове его один за другим рождались вопросы, вопросы, вопросы… И, как и любой другой, кому посчастливилось уцелеть, Адам отчаянно пытался найти хоть какое-то мало-мальски логичное объяснение происходящему. Он присел на корточки рядом с кушеткой, наблюдая за тем, как Кира накладывает фибриновую пленку на рану, вводит под нее антибиотики. На секунду лицо девушки с его радужными веснушками и лучистым взглядом голубых глаз показалось ему знакомым.

— Готово, — произнесла Кира устало и уже было направилась к двери, когда Адам остановил ее вопросом, которого девушка никак не ожидала. По крайней мере, от молодого, полного сил мужчины. Услышав его, она застыла в дверях, собираясь с мыслями. Адам выглядел невероятно спокойным, как человек, не имеющий абсолютно ничего, кроме того, что называется душой.

— Если бы я знала, что делать, то мы бы здесь не торчали, — вздохнула Кира, — а пока… — она замолчала. Адам, заинтригованный, ловил каждое слово.