Шрифт:
Всегда твой М. Б.
Мартин Борман Герде Борман
21.07.1943
Моя дражайшая возлюбленная.
Сегодня я должен написать тебе важное письмо.
Поскольку фрау Лутце [25] захотела остаться в доме начальника штаба, хотя штаб Гау предложил ей на выбор несколько больших квартир, я, по указанию фюрера, сообщил всем людям, занимающим видные посты, что после смерти рейхсминистра или рейхслейтера их вдовам не будет разрешено остаться на официальной жилплощади, которую они занимали при жизни мужа.
25
Фрау Лутце – вдова Виктора Лутце, начальника штаба СА, погибшего в автомобильной катастрофе в мае 1943 г. Виктор Лутце вступил в НСДАП в 1922 г. Был депутатом рейхстага от нацистской партии, полицай-президентом Ганновера. После казни Рема занял его место.
Это распоряжение относится и к тебе. Я нисколько не устал от жизни и не испытываю никаких предчувствий в отношении смерти. Я абсолютно беспристрастно рассматриваю вопрос, отсюда это письмо. Как ты знаешь, я могу легко расстаться с жизнью; может произойти несчастный случай, или будет предпринята попытка покушения, или что-то еще в подобном роде.
По этой причине мне крайне досадно, что я не купил Бергле. Фюрер с удовольствием дал бы мне недостатающие для покупки деньги, и там вы, во всяком случае, были бы в привычном и практически безопасном пристанище. Согласно распоряжению, после моей смерти вам придется незамедлительно освободить дом в Пуллахе. Кроме того, вам придется освободить дом в Оберзальцберге, даже если фюрер выразит готовность позволить вам остаться там до дальнейшего уведомления. Возможно, Эфи попытается не допустить этого тем или иным способом, но лучше не подвергать себя риску. Вряд ли в данный момент можно купить дом, поскольку все опасаются инфляции. Если бы удалось, я бы купил для вас дом в Шварцвальде. Я говорю о Шварцвальде, поскольку ты хорошо знаешь этот район и, прежде всего, поскольку Шварцвальд самое безопасное место для вас, независимо от поворота событий в войне.
Я, конечно, надеюсь, что благополучно переживу войну, и, когда она закончится, фюрер передаст мне в дар в качестве родового поместья Крумбек или какое-нибудь другое поместье в Мекленбурге.
Никогда не переезжай с детьми в большой город. Дети будут лучше расти в Гернсбахе, чем в Берлине. И не позволяй девочкам жить по соседству с казармами; постоянное присутствие большого количества мужчин приводит к тому, что даже немолодые, не реагирующие на заигрывания женщины оказываются вдруг с незаконными детьми.
А теперь, моя любимая, после этого важного личного послания, я возвращаюсь к прерванной работе.
Моя самая лучшая и любимая!
Любящий тебя М. Б.
Мартин Борман Герде Борман
Ставка фюрера
23.07.1943
Любимая моя.
Надеюсь, что эти сообщения не приведут тебя опять в скверное настроение.
У меня пока не было возможности составить запланированный расширенный отчет; времени хватает только на сообщения, связанные с наиболее срочными вопросами. Фюрер встревожен, как никогда. Итальянцы удирают, так же как они делали это в России, или добровольно сдаются в плен. Сицилию, фактически, удерживает сейчас только горстка немцев.
Если итальянцы потерпят неудачу, это не сможет не сказаться на венграх, во всяком случае на тех, на кого никогда нельзя было положиться, на хорватах, румынах и прочих.
Береги себя, любимая, и заботься о детях.
Твой М. Б.
Мартин Борман Герде Борман
25.07.1943
Моя мамочка-девочка.
Вместе с письмом посылаю тебе книгу Шонлебена о докторе Тодте.
Когда фрау Тодт по случаю оказалась здесь, она сказала, что книга довольно скучная.
На двадцать третьей странице фотография, на которой не группа друзей во время поездки в горы, а одна из наших разведывательных поездок в Кельштайн [26] .
«Друг из университетского лыжного клуба» – это Михаэлис; в общем, сплошная путаница. Насколько помню, я сам сделал этот снимок.
Справа на фотографии Гидденбах; на нем рюкзак, поэтому он сидит. Дальше Хопнер, инженер, и еще один молодой инженер, я забыл его имя.
Если бы не война, фрау Тодт смогла бы напечать хорошие фотографии доктора Тодта, которые у меня сохранились.
26
Кельштайн – живописный город, расположенный выше Берхстесгадена, к которому по приказу Гитлера в горе был проложен туннель и построен подъемник.
Кстати, вчера вечером Гамбург подвергся мощной воздушной атаке. Пятьсот бомбардировщиков!
Надеюсь, что домашнее бомбоубежище будет закончено до того времени, как они нанесут первый визит.
Твой М. Б.
Мартин Борман Герде Борман
26.07.1943
Моя любимая девочка.
Я страшно виню себя за то, что упустил возможность купить дом, потерял время и все испортил. Я должен был купить дом. Может, еще можно что-то сделать? Может, ты что-нибудь узнала у своего друга? В Шварцвальде было бы, конечно, намного безопаснее, чем в Оберзальцберге, где мы теперь каждый день ожидаем воздушных налетов. Я очень волнуюсь за всех вас, поскольку наш дом не сможет защитить от бомбежки. Если они будут сбрасывать зажигательные бомбы, вы должны сразу же их выбрасывать, потому что деревянный дом в доли секунды будет охвачен огнем и вспыхнет, как гигантский костер.
Я думаю, что тебе с детьми лучше всего перебраться в Пуллах, пока не готово бомбоубежище рядом с домом в Оберзальцберге.
Если ты не хочешь ехать с детьми в Пуллах, тогда при первом сигнале тревоги должна быстро одеть детей и бегом отвести их в угольный подвал.
Но в любом случае все-таки попытайся выяснить насчет продажи дома в Бергле или в районе Шварцвальда. Я не задумываясь оплачу покупку дома.
Однако, чтобы избежать всяческих недоразумений, мы здесь сохраняем мужественное спокойствие перед лицом грядущих событий.