Темнота поглотила Сигурда, зловоние ударило в ноздри. Земля засыпала яму. Дюйм за дюймом дракон двигался над Сигурдом. Герой закрыл глаза, стиснул зубы и ждал, боясь одного – нанести удар раньше времени.

Кажется, время остановилось. Он осторожно встал на колени и изо всех сил ударил мечом вверх. Лезвие прошло сквозь плащ, насыпавшуюся в яму землю и вонзилось в дракона по самую рукоять. Раздался страшный рык и эхом прокатился по горной цепи. Огромное тело Фафнира выгнулось, словно лук. Сигурд выскочил из ямы.

Солнце поднялось над горами, но в долине было по-прежнему холодно и серо. Регин выбрался из кустов взглянуть на могучее тело дракона цвета замшелого камня.

– Ты убил его. Когда-то он был моим братом, – вздохнул он.

Сигурд усмехнулся:

– Поздно думать об этом.

– Но он был моим братом, а ты убил его. Огонь зависти, горевший во мне, теперь потушен его кровью. Долгие годы ожидания, бесконечные дни и бессонные ночи закончились. Позволь мне поспать час, потому что я всю ночь охранял тебя. Разведи огонь, пока я отдыхаю, и поджарь мне сердце Фафнира. Я съем его и верну свою мудрость, а потом мы осмотрим сокровища, которые так долго нас ждали.

– С радостью сделаю это, – ответил Сигурд. – Ты стар, а наш путь был долгим.

Регин лег на берегу реки, а Сигурд развел костер на поляне. Солнце уже озаряло долину. Два дятла сидели на деревьях и перекрикивались между собой.

Сигурд наколол сердце чудовища на палку и поднес его к пламени. Оно шипело и трещало, когда герой поворачивал его над огнем. Когда по краям мясо немного обуглилось, Сигурд решил, что оно готово. Он протянул руку, чтобы перевернуть кусок, но вдруг горячий жир брызнул и обжег герою палец.

Сигурд поднес его ко рту и почувствовал вкус жира. И вдруг мудрость озарила его, а речь всех обитателей леса потоком хлынула на него. Птицы по-прежнему щебетали. Сигурд услышал, как первая сказала:

– Смотри, герой Сигурд жарит сердце Фафнира.

– Он жарит его для Регина, – ответила другая. – Наверное, он не знает, что мудрость и сила дракона перейдет к тому, кто съест это сердце.

– Ему не нужна сила Фафнира, и он равнодушен к мудрости дварфов.

– А Регин жаждет этой мудрости, и ему нужна сила, чтобы победить.

– Победить?

– Глупец! Победить Сигурда. Разве не его руками он уничтожил Фафнира? Больше Сигурд ему не нужен! Регин задумал это убийство тогда, когда увидел победителя дракона новорожденным.

Сигурд отвернулся от костра и взглянул на Регина. В первый раз он понял хозяина мудрости, который привел его сюда, и увидел вдруг, как страсть к золоту сжигает Регина. Он скорее убьет соперника, чем поделит сокровища. Сигурд понял натуру хладнокровных дварфов, не имеющих совести, не испытывающих жалости и презирающих людей.

Регин открыл глаза, их взгляды встретились, и оба сразу все поняли. Регин потянулся к своему поясу, на котором висел кинжал, и бросился на молодого героя. Сигурд успел выхватить меч. Дварф сделал очень резкий выпад, и его кинжал просвистел в воздухе. Он снова прыгнул, словно дикая кошка, но на этот раз его встретил меч. Регин издал страшный крик и рухнул на траву.

Сигурд мрачно посмотрел на двух злых братьев – огромного дракона и дварфа. Он оставил их на траве у реки и направился на вершину холма к старому замку, в котором хранилось завоеванное им богатство.

Сигурд с перстнем Андвари на пальце скакал по долине. Лучи солнца отражались в его золотых латах и шлеме, и весь он казался золотым. Позади остались мертвое чудовище, осыпавшийся замок и спрятанные сокровища. Победитель собирался вернуться за ними позже, а пока он жаждал лишь приключений. Сигурд намеревался завоевать свое место среди людей.

Впереди, где-то очень далеко, в воздух поднимался столб дыма. «Грабители подожгли крепость, – подумал Сигурд. – Или дракон дышит огнем на земли великого короля».

Он повернул Грейфелля в сторону дыма в надежде на новое приключение.

Дым поднимался в небо весь день. Когда начали сгущаться сумерки, за холмами показалось красное сияние.

На следующее утро огонь стал еще ближе. Воин в золотых латах преодолевал перевал за перевалом. Наконец на закате дня Сигурд попал в огромную долину. На противоположном ее конце вздымалась гора, вершина которой была охвачена пламенем.

Сердце Сигурда забилось от предчувствия небывалого. Он что-то крикнул Грейфеллю, и неутомимый конь помчался к горе, освещенной пламенем.